Предчувствие

Этот жестокий мир, в котором существуют родственные души, подчиняется таким же жестоким правилам. Предназначенные друг другу могут испытывать те же чувства и даже видеть глазами своих пар, если их эмоции зашкаливают, будь то, к примеру, сильная боль или удовольствие: душевные или физические. После того разговора с Камиллой она сама проверила и перепроверила много-много раз: если появляются видения, связь уже никак не разорвать, и смерть – единственный существующий выход из этого безумия.

– Как? – Вот что волновало её в этот момент больше всего.

– Мия… – Алекс вздохнул. – Это очень серьёзная вещь, на такое непросто решиться, и дело не в родственной душе. Цена за этот разрыв слишком велика.

На мгновение она всё же засомневалась, а затем цокнула языком и вполне себе спокойно вылила чай в раковину, заменяя на новый:

– Не хуже, чем всю жизнь страдать от постоянных галлюцинаций, выворачивающих тебя наизнанку. Я просто хочу быть свободной.

– Даже если расплачиваться за это будешь не просто до конца своих дней, а целую вечность?

Мия наблюдала за ним несколько секунд немигающим взглядом, без намёка на колебания, а потом почти неуловимо грустно улыбнулась.

– Даже если вечность.

– Знаешь, тебе следует как-нибудь поехать в Европу, в Румынию, например, – выдохнул Алекс. – Я тебя кое с кем познакомлю.

Эта ночь стала первой, в чреде непрекращающегося на протяжении трёх лет бреда, когда она наконец по-настоящему выспалась.

Остальные откровенно её сторонились, а когда в помещении появлялся Алекс – вовсе смущались. Сразу было видно, Камилла постаралась донести новость до каждого. Мия не сразу поняла, что почти весь этот ропот основан на зависти, и не к кому-то постороннему, а в отношении неё самой, ведь она – первый кандидат на роль примы.

В один из дней, Мия решила посмотреть на своего друга со стороны, не как та, кто видит его ежедневно по сети или постоянно общается в свободное время – не как кто-то близкий. Она смотрела, всё больше убеждаясь, что Алекс прекрасен настолько, насколько это вообще возможно, практически идеален. Неудивительно, что псевдо-новость о том, что они – родственные души, вызвала зависть у окружающих.