Фиктивный развод

Я же вообще другая.

И Вадим был другим, когда мы познакомились. Да, он не был бедным парнем, у его отца крупный бизнес. Вадим долго молчал об этом, потому что вел тихую войну за свое будущее. Отец назначил его своим преемником, а Вадим пытался выскользнуть из семейных дел, как из удавки. Он не хотел заниматься строительным бизнесом и постепенно развивал свое дело в сфере айти.

Я поддерживала его, ездила с ним на профессиональные выставки и помогала подбирать деловые костюмы. Вадим не умел одеваться до меня.

Я смотрела на его гавайские футболки и понимала, что это продолжение его бунта против отца. Старший Арбатов вечно ходил в рубашках и идеальных костюмах без единого излома, словно за ним повсюду бегал ассистент с отпаривателем. Поэтому у Вадима выработалась аллергия на официальный стиль, хотя ему безумно шли черные пиджаки.

Я прикрываю глаза, вспоминая, как училась завязывать галстук. Прямо на Вадиме и училась. Он шумно выдыхал со смешком, когда у меня не получалось, и подшучивал, что поторопился с предложением руки и сердца.

Хорошие времена.

Были и прошли.

Точка.

Я открываю поисковик и вбиваю имя Вадим Арбатов в строку. Я ничего не знаю о том, как он жил после развода.

– Негусто, – шепчу себе под нос, листая страницы поиска.

Интернет мало мне помогает.

Я нахожу лишь название его новой компании – Арбатов Групп. Несколько свежих фотографий, с которых на меня глядит респектабельный крутой мужик. На фото Вадим смотрится даже хищнее и жестче, чем в жизни.

Еще есть парочка снимков, где рядом с ним стоят девушки модельной внешности, и одна семейная фотка.

Я смотрю на его родителей и чувствую болезненный укол прямо в сердце. Они никогда меня не любили, особенно мать Вадима – Светлана Сергеевна. В ее глазах каждый раз читалось, что ее сын сильно просчитался со мной. Сыграл на понижение. Ведь с его внешними данными и обаянием он мог окрутить какую-нибудь прокурорскую дочку. А там внуки, связи, расширение бизнеса.

– Ты уже дома? – кидаю в трубку, отвечая на звонок Марины.

– Нет, еще еду. Я тебя на громкую поставила. Я, кстати, заметила твою машину на парковке.

– Да, пришлось бросить. Не завелась.

– И ты не побоялась оставить ее мастерам?

– В смысле?

– Они ее раскрыли, копаются там. Трое парней очень брутальной наружности. – С губ Маринки слетает томный выдох. – Если честно, им бы не машины ремонтировать, а в стрип-клубах выступать. Такая фактура пропадает.

Ничего там не пропадает.