Кремлевская пуля

А меня ждет дорога недальняя к одному человеку. Если сам он и не в курсе происходящего, то вполне может навести справки.

– Ох, Лева, не доведет тебя до добра связь с уголовниками. – Орлов вздохнул.

– Петр, ты это так сказал, словно я с ними на дело хожу, – с усмешкой ответил Лев Иванович. – А что по Халве?

– Леонид Сергеевич Паршин – бывший автогонщик, что и объясняет его тягу к машинам, – продолжил Петр. – После аварии ушел по здоровью. Долгое время нигде не работал. Видимо, решил, что в таксисты или инструкторы по вождению идти западло.

– То есть как не работал? – удивился Гуров. – Мне сказали, что он у какой-то дамочки персональным водителем был. Ее муж узнал об их шашнях и дал ему коленом под зад.

– В деле об этом ничего нет. – Орлов покачал головой.

– Слушайте, вы эти уголовные дела далеко не убирайте, я выберу время, подъеду и сам все почитаю, – попросил Гуров. – Со следаком по этому делу поговорите, с операми.

В этот момент раздался звонок в дверь, и Гуров удивился. Он никого не ждал, а у Марии был ключ.

Лев Иванович уже начал подниматься, но Крячко остановил его:

– Сиди, сам открою. Ты сегодня уже набегался.

Почти тут же в прихожей раздался его гневный голос:

– Вот только тебя здесь не хватало! Стой, тебе говорят!

Потом там что-то упало. Орлов с Гуровым недоуменно переглянулись, встали. Тут в кухню влетел Степан, внося на плечах Крячко, повисшего на нем.

Он рухнул на стул и прошептал:

– Умер?

– Да бог с вами, Лев Иванович! – оторопел парень. – Я и пришел вам сказать, что с Алексеем Юрьевичем все обошлось. Врачи сказали, что если бы не вы, то…

– Какого черта? – заорал Гуров, выпуская дикое напряжение, скопившееся внутри за эти несколько секунд, и обессиленно расплываясь по стулу. – Я же при виде тебя самое страшное подумал! Ты не мог мне это по телефону сказать? Что за возню в коридоре устроил? Что вы там свалили?

– Это мы нечаянно Станислава Васильевича уронили, но ничего не разбили, – раздался за их спинами высокий голос.

В кухню осторожно проскользнула Анжелика, жена Степана. Эта невысокая стройная светловолосая женщина была почти на десять лет старше мужа, но выглядела моложе его. Прошлое у Анжелики было не менее лихим, чем у Степана, но с несколько другим уклоном.