Год Дракона

– Здравствуй, Оюна, – наконец произнес он, прервав затянувшееся молчание, и от его тихого глубокого голоса ее сердце сжалось и вдруг совсем перестало биться.

– Здравствуй, – одними губами ответила она и, зардевшись, опустила глаза.

– Не ждала меня?

– Ждала…

– Хотела видеть меня снова?

– Хотела…

– Так что ж теперь опускаешь глаза? Отчего на меня не смотришь? – Его голос разлился по ее телу сладким холодом.

– Не смею, – прошептала Оюна.

– Отчего не смеешь?

– Кто я, чтобы смотреть в твои глаза без позволения?

Губы его дрогнули в едва заметной улыбке.

– Та, к кому я вернулся спустя двенадцать лет. Разве этого недостаточно, чтобы подарить мне свой взгляд?

– Я подарила тебе свое имя. Разве этого… недостаточно?..

– Нет. Я желаю большего, чем одно твое имя.

Поблизости раздались голоса: звали Оюну.

– Чего же ты хочешь, помимо имени моего и взгляда?

Голоса раздались совсем рядом – и вдруг стихли, поддавшись смятению перед появившимся из ниоткуда высоким незнакомцем, стоявшим рядом с Оюной, и человеческому любопытству.

– Пригласи меня в свой дом, – произнес он. – Подари мне тепло твоего очага, о котором ты говорила мне, раз уж взгляд свой считаешь непозволительной для меня роскошью.

– Как пожелаешь, – чуть слышно ответила она, стараясь унять стук вновь проснувшегося сердца.

И она пошла вперед, пытаясь спрятать глаза от смущения, а он шел вслед за ней, провожаемый любопытными взглядами остававшихся позади них молодых людей.

Оюна вошла в юрту. Он, чуть склонившись, поскольку дверь была слишком низкой для него, вошел следом. Сердце Оюны теперь трепетало, как огромная бабочка, прилетевшая в ночи на свет огня. Щеки ее горели, и она стояла, не находя в себе смелости обернуться и взглянуть на него хотя бы на короткий миг, хотя бы на одно мгновение. Подумать только! Он услышал ее тогда, в ту холодную заснеженную ночь. Разве можно было в это поверить? Но ведь она – верила… Он запомнил ее имя.

– Оюна? – Его голос прервал сладостный поток мыслей и заставил вздрогнуть, напомнив девушке о присутствии гостя в ее юрте.

– Проходи, прошу тебя, – едва слышно произнесла она и, обернувшись, слегка склонилась перед ним.