Марионетки за ширмой

Надо тебе сказать, дорогая Мартина, что к этому моменту я уже практически не сомневался, что имею дело с галлюцинациями – или с, как я их предпочитаю называть, видениями. Согласись, что слово «видения» подходит мне гораздо больше: галлюцинациями страдают только сумасшедшие, в то время как видения посещают исключительно людей великих, даже святых и пророков. Принять за действительность то, что меня окружало после внезапного пробуждения, было решительно невозможно, поэтому я счёл появление двух странно одетых французов-близнецов очередной шуткой моего разума, отравленного микстурой.

– Какие ещё французы? – почему-то обиделась девушка. – Я англичанка! Хотя нет. Теперь я эта… индейка, во!

– Дура! – тотчас же захохотал её брат. – Индейка! Индеанка, пора бы уж запомнить!

– Ну индеанка, – ничуть не обидевшись, согласилась девушка.

– Мы индейцы! – гордо провозгласил её брат.

На мой взгляд, хвастаться тут было совершенно нечем, да и не похожи они были на индейцев. Я, правда, никогда в жизни не видел индейцев, но кое-что о них читал, и по описанию эти дикие обитатели Америки были вовсе не похожи на парочку, которую я видел перед собой.

– А где мы находимся? – продолжил расспросы я, стараясь по возможности говорить с ними вежливо.

– В амбаре у старого Томсона, – охотно ответил юноша, назвавшийся Жаном. – Мы решили, что удобнее всего будет доставить тебя сюда, потому что здесь места много и до утра никто…

– Ш-ш-ш! – зашипела на него «индейка».

Видения были грубыми, но жаловаться не приходилось.

– Это Злондон? – поинтересовался я.

– Не, – сказала девица, – это Нью-Ковентри.

Нью-Ковентри? Полагаю, что ты, дорогая Мартина, тоже никогда не слышала о существовании этого места.

– Мы далеко от Злондона?

Близнецы почему-то фыркнули и одновременно показали белые, крупные зубы.

– Далековато, – будто сдерживая рвущийся наружу смех, ответил Жан.

– А-а-а-а… – я никак не мог придумать, о чём бы ещё их спросить.

Неожиданно я осознал, что разговариваю с двумя стоящими людьми лёжа, почти голый (пижама не в счёт), в самом унизительном положении. Поняв это, я сразу же постарался встать, но смог только согнуть колени. Всё тело двигалось как-то странно, будто чужое.

– Эй, с тобой всё в порядке? – грубовато, но с явной тревогой в голове осведомилась девушка.