Марионетки за ширмой

Ну, в смысле, она не разговаривает, не травмирует других кукол и всё такое.

– Раньше так и было, – Сора говорила медленно, будто каждое слово давалось ей с трудом. – Но ведь я бросила её, оставила у того китайца. Обменяла на прыгающую ногу… И он что-то с ней сделал.

– Китаец?

– Да.

– Думаешь, это он её как-то оживил?

– Верно. И теперь она ищет меня, – заключила Сора, обняв себя руками за плечи.

«Бред», – решила Козетта.

– Да с чего ты взяла? – вслух спросила она.

– А что, разве не понятно? «Где моя подружка», «Сора-тян»… Она точно хочет меня найти, просто не знает, как.

Козетта вздохнула.

– А ты помнишь, что Хина – это просто кукла, а настоящая Хина, которая была твоей подругой, уже умерла? Причём давно?

– Помню, – сказала Сора, – но эта Хина тоже была мне дорога.

– Только в память о подруге.

– Нет.

Спор затянулся. Сора настаивала на том, чтобы немедленно вернуться в Злондон и броситься на поиски куклы-Хины, Козетта взывала к её благоразумию и уверяла, что в Злондон возвращаться нельзя ни под каким видом.

Зимой газеты в Ковентри не поступали совсем, и Козетта была рада этому обстоятельству. Она не сомневалась, что к весне Сора оправится, но даже если и не оправится, следовало брать её за шиворот и везти за границу. Девчонка совсем высохла из-за этой ерунды с куклами и, как подозревала Козетта, тщательно скрываемой тоски по одному юноше с чёрными волосами и смуглой кожей.

– Ну не хочешь баранины, сделаю тебе омлет! – миролюбиво предложила Козетта, оторвавшись от своих воспоминаний.

Бледное личико Соры чуть прояснилось:

– Спасибо.

– Не стоит благодарности…

В этот самое время в прихожей зазвонил звонок. Чертыхнувшись, блондинка принялась искать чистое место на фартуке, чтобы вытереть руки, а потом быстро сняла фартук, скомкала и швырнула его в угол.

– Иду! – Крикнула она. – Подождите минуту!

Но загадочный визитёр не дождался. После себя он оставил только потёртую золотую туфельку, спокойно лежащую на белой поверхности снега, засыпавшего крыльцо. И следы, ведущие далеко от дома.

Глава 4

Бен

Дорогая Мартина!

В зеркале отражалось нечто, имеющее самое отдалённое сходство со мной.