Ты мне нужен

Под него нельзя обычный бюстгальтер, поэтому я применяю лучшее созданное для девушек изобретение – силиконовые чашечки и вуаля.

Беру босоножки на тонком и предельно высоком каблуке, сумочку, в которую закинула паспорт и телефон с карточкой и выхожу из спальни.

– Алис, ты долго сегодня? – спрашивает мама из кухни.

– Не знаю, мамуль. Может до часу или двух, – хватаю с тарелки только что нарезанную дольку яблока.

Аня, скрестив на груди руки отворачивается к телевизору и не разговаривает со мной.

– А ты чего надулась?

– Ей обидно что между семнадцатью и восемнадцатью годами, целых триста шестьдесят пять дней.

Показывает язык, коза.

– Зазнайка.

– Нет, просто я старше тебя на четыре года и, если ты этого не понимаешь, значит реально еще не выросла, – целую маму и щипаю ее за бок. – Деда спит?

– Да, сегодня пораньше решил лечь.

– Ладно, пойду, – собираюсь после входящего сообщения от Маши, что она уже внизу.

– Будь аккуратней.

– Как всегда.

Спускаюсь и сразу же натыкаюсь на черный люксовый седан.

Открываю дверь и попадаю в не менее темный салон.

– Всем привет, – гляжу на подругу, сверкающую с переднего сидения. И тут скорее прямой смысл слов. Потому что она одела платье с пайетками, которые переливаются в свете фонарей моего двора.

– Привет, это мой Даниил, – сразу откликается она. – Моя подружка Алиса.

– Очень приятно, – улыбаюсь парню, который смотрит на меня приветливо в зеркало заднего вида, а еще, кажется, улавливаю движение в нем же рядом с собой.

Поворачиваю голову, а на меня пристально таращится мужчина.

– А-а-а, – отпрыгиваю ближе к двери и хватаюсь за сердце. – Боже, нельзя же так пугать.

Он недолго молчит, а потом начинает смеяться. И смех еще такой красивый, что не раздражает и не вызывает ощущение что он издевается, скорее просто забавляется моей реакцией.

Машина приходит в движение и мне приходится сесть ровно и пристегнуться.

– Алис, это Стас, друг Дани.

Молчу, восстанавливая дыхание, а сама проговариваю, не знаю зачем про себя его имя.

– То есть со мной тебе познакомиться не приятно? – вдруг подается ко мне и спрашивает на ухо.

– Чт…? Нет, то есть, да. В смысле я делала дыхательную гимнастику, – замираю на месте.

– Дыхательную гимнастику? – удивляется похоже от тупости, сказанной мною, но заднюю поздно давать.

– Чтобы успокоиться, – уже я смотрю на мужчину, которого на самом деле плохо видно из-за темноты салона.