Открой глаза

Кончаю сам, настолько бурно, что мне кажется презерватив переполнен моей спермой.

Останавливаюсь и продолжаю целовать пухлые, искусанные ею самой губы.

Это было охренительно.

У меня сейчас сердце разорвется от такого бешенного ритма.

Падаю на нее, стараясь удерживать вес, потому что просто не в состоянии двигаться.

Она тихо смеется.

– Что? – спрашиваю, не поднимая головы.

– Ты колючий. Щекотно.

Так вот что. Начинаю специально водить лицом по ее шее, одновременно с этим целуя всюду, куда достаю.

Она обхватывает меня ногами и руками, но не оттолкнуть пытается.

Обнимает.

Перекатываюсь на спину, обхватывая талию девушки. Она оказывается сверху, но не встает. Тянется к лицу и проговаривает в губы:

– Никогда, ничего подобного не происходило со мной, – мягкое касание губ. – Спасибо, – шепчет и целует.

Сплетаемся языками, так же крепко и плотно, как и телами сейчас.

– Ты еще, возьми у меня номер телефона, и скажи, что позвонишь, – смеясь, встаю с ней на руках и направляюсь в ванную.

Быстро принимаем душ и одеваемся. А после, красотка пытается сбежать.

– Собираешься уйти, не попрощавшись, малышка? – смеюсь и наблюдаю как она пытается поймать такси.

– А ты думал, начну падать в ноги и умолять не бросать меня? – изгибает красивую бровь. – Ошибся юбкой. Те будут покороче и левее.

– Я сейчас хочу укоротить твою. А заодно и твой острый язычок, – подхожу ближе и ее дыхание вновь сбивается. Впрочем, как и мое.

Нас просто трясет друг от друга. Охренеть можно.

– Чего ты хочешь, Майкл?

– Отвести тебя на ужин. Я голоден, – хватаю за руку и веду к своей машине.

С того вечера, мы практически не расставались.

Я не знаю, как это называется, но то что происходило, было чем-то крышесносным.

Мы, словно единый механизм, одинаково мыслили, действовали. Я, рассказал ей о своих планах на бизнес, и она подхватила идею. Старалась помочь. И помогала мне: идеями, какими-то зарисовками, которые были охренительными. В тот клуб, мы ходили еще раз.

А наши ночи. Эта девчонка просто секс. Я ведь не хотел ни связывать ее, ни делать больно, но об этом просила она.

Линии веревок, на ее красивой коже, четко вырисовывали потрясающий рисунок. Отпечатки плетки и моих ладоней возбуждали, стоило их увидеть. Мы сходили с ума. Я видел в ней то, что всегда хотел увидеть. Она горела желанием, чувствами, источала искренность.