Легендарное дело

Договор не видели ни я, ни жена. Мужик из страховой только одно твердил: давайте вещи для расследования – или не видать вам наследства.

– Я правильно понимаю, что у Валентины не было детей и единственные наследники – это ее сестры? Они в курсе вашего договора?

Ответом ему был смешок Максима, который до сих пор молчал. Он шлепнул по столу ладонью.

– В курсе?! Да там родственники вчерашний день не помнят! Они же пьют всю жизнь, не просыхая! Там не наследники, а чайки мусорные!

– Максим!

Одного укоризненного взгляда и слова от миниатюрной женщины было достаточно для того, чтобы покрасневший крепыш осекся.

– Выпивают они уже много лет, поэтому за матерью некому было ухаживать, кроме Тины, вот она и не хотела ни общаться с ними, ни тем более оставлять им наследство. – Елена замолчала, опустила лицо и через пару секунд подняла глаза, полные слез.

В комнате повисла неловкая пауза.

Тишину нарушили шаги в коридоре, и в комнату заглянула невысокая худенькая девочка-подросток с такой же роскошной золотистой шевелюрой, как у Елены. При ее появлении все зашевелились и зашумели, а Максим радостно воскликнул:

– А вот и Анютик! Проходи, доченька, поздоровайся.

Девочка робко кивнула гостям. Отец сиял от появления девочки и не смог удержаться от горделивого замечания:

– Нюра у нас на медаль идет, в Москву поедет учиться, будет бухгалтером. Выучится и будет папке с бизнесом помогать. На выпускном выступать будет с песней. Артистка такая выросла! Но серьезная, не в пример нынешним детям. Учителя в школе нахвалиться не могут. Ее даже на лето в краеведческий музей взяли на подработку!

– Как интересно! А чем ты там занимаешься? Проводишь экскурсии? – Мария улыбнулась заалевшей от отцовской похвалы Ане.

– Нет, я готовлю выставку «Жизнь в письмах». Собираю и обрабатываю материал. На стендах будут письма и открытки разных лет, от восемнадцатого века до современности. – От смущения голос у девочки сбивался. – Сейчас письма почти не пишут, а раньше это был настоящий ритуал. Утраченная культура.