Мой наполовину

Я на эти деньги в месяц накупаю сыну памперсов и питания детского. Но если бы могла себе позволить подобное, отказываться не стала. Потому понимаю людей, которые смогли добиться в этой жизни того, чтобы я возила им в офис еду.

По закону жанра мы встаем в пробку, которая тянется по всей центральной улице.

Лихорадочно проверяю телефон, но мама не пишет и не звонит. Это плюс. Главное, чтобы малышу не стало хуже. Скорей бы уже вылезли эти зубы.

Разглядываю заставку экрана, с которой на меня смотрят любимые серые глазки.

Я не вижу в Гордее его лица. Совершенно нет. Быть может, когда он подрастет, но к тому времени, образ того ублюдка сотрется из памяти. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Почти засыпаю, пока мы медленно приближаемся к адресу доставки.

Расплачиваюсь с водителем и, сунув в карман сдачу, ступаю к красивой стеклянной высотке, от которой отражается полуденное солнце тысячей ярких зайчиков.

Улыбаюсь и вовремя спохватываюсь, вспомнив, зачем я тут.

Администратор в фойе пропускает, оповестив, в какой мне офис конкретно нужно и на какой этаж, пропустив через терминал.

Огромный лифт с зеркальными поверхностями совсем не похож на ту коробку картонную в моем доме.

Дальше новое фойе мебельной компании «Оникс».

– Здравствуйте. Доставка на имя Марвина Олега.

– Добрый день. Пройдите налево до конца коридора.

– Спасибо.

Преодолела симпатичный коридор, заполненный цветами и картинами на стенах, уперевшись в приемную «Директора по производству».

Пока верчусь туда обратно, задеваю курткой органайзер с ручками и прочими письменными принадлежностями. Те падают и звонко меня подставляют.

Из-за приоткрытой двери стал слышен громкий мужской голос, который кого-то ругал, и я догадалась, что, скорее всего, девушка там, получает нагоняй от начальства, потому что я долго ехала.

– Где мой обед? – внезапно раздался грозный возглас, а я решила спасти несчастную. Правда, не понимаю зачем.

Вошла туда и потерялась от уровня яркости кабинета. Как он тут не обгорел? Солнце по-осеннему палило в окна, а мужчине хоть бы что.

Он стоял лицом к ультрафиолетовым лучам и говорил, но как я поняла, заметив, что он один, по телефону. Неловко вышло.

Хотела выйти, как скрипнула дверь.