Измена. После нее

– А что случилось?

– Не знаю. Тошнит его. Вы ничего не съели с испорченным сроком годности?

– Да нет. Сама знаешь, все свежеприготовленное. В школе может?

– Боже, только бы не серьезное что-то.

Сын выходит ко мне бледный и слегка горячий.

– Миш, может, съел что-то не то? В школе купил, в магазине?

– Не, только столовке ел и все. Ну и у бабушки.

– Посидим чуть-чуть, чтобы не тошнило?

– Вроде норм уже, поехали.

– Скажи, если станет мутить в дороге.

Прощаемся с мамой и по пути заезжаю в аптеку купив на всякий случай специальный гель-абсорбент и для восполнения жидкости препарат, если вдруг снова будет рвота.

Домой возвращаюсь к трем только, и на мгновение пропадает желание копаться в грязи с мужем.

– Привет, боец, как у бабушки погостил? – встречает нас Тимур, силясь подойти ко мне ближе, но я ловко выворачиваюсь и придерживаю Мишу.

– Привет, па. Нормально.

– Что случилось?

– Ему плохо было. Сейчас вроде лучше. Пойду уложу в кровать.

Он понятливо кивает и за нами не идет.

– Зови, если что, ладно? – глажу моего мальчика по голове улыбаясь.

– А у тебя правда все хорошо? – спрашивает смотря на меня беспокойно.

– Иначе и быть не может, – целую его в висок и выхожу, закрыв плотно темные шторы.

Переодеваюсь в спальне, куда вошла нехотя и спускаюсь вниз.

– Кира, – окликает из гостиной Тимур и идет за мной. – Может, поговорим?

Раздражает этот его голос невиновного. Словно это я что-то натворила, и он меня обвиняет в плохом настроении теперь, пытаясь умаслить на улыбку.

– Лиля, когда говорила ее забрать? – не отвечаю на его вопрос и задаю свой, выпив воды из стакана, зачем, собственно, и спускалась.

– К пяти.

– Я сама за ней поеду. С сыном побудешь?

– Побуду, мы поговорить можем?

– А ты уверен, что готов говорить? Говорить не то чтобы я перестала задавать вопросы, а чтобы начистоту. Как есть.

– Я даже не понимаю, о чем ты?

– Значит, не готов, Тим.

– Детка…

– Только посмей назвать меня еще раз этой кличкой, обезличенной потасканной девки, – тычу пальцем ему в грудь и окончательно ухожу на этот раз.

Мерзавец. Наглый подонок. Поверить не могу, что все это тоже его часть. Что это он. Вызывает во мне то боль, то злость.