Измена. Неверное решение

– Тут такое творится, дочка… Не знаю, что делать, зайчик.

Она будто с пониманием обняла одной рукой, а потом запутавшись в моих рыжих кудрях, дернула за волосы.

– Больно, Машуль… Так не стоит делать.

Проверив ее памперс, я застегнула детское боди и вышла.

Неожиданные «гости» стояли на пороге, не продвинувшись дальше. Не сняв курток и обувь.

Я и сама не знала, что с ними делать.

– Мне нужно покормить дочь, могу предложить вам чай.

– Спасибо, – девушка смотрела так, будто не ожидала такого гостеприимства.

Но я пока что сама не понимала, как действовать. Возможно, приди она одна, я бы вела себя иначе. Но здесь ребенок. А мальчик ни в чем не виноват, это уж точно. Как и моя дочь…

Подождав, когда они разденутся, я указала на проход в кухню.

Все было открытым пространством, поэтому несложно сориентироваться.

Я сама продумывала дизайн нашей квартиры и ее отделку. Даже не знаю, почему думаю об этом сейчас.

– Садитесь, я сейчас все сделаю.

Маша на моих руках сжалась и аккуратно выглядывала из-за плеча, наблюдая за женщиной и мальчиком.

Я не стала садить ее на стульчик, чтобы не напугать. Справилась одной рукой.

Поставила чай перед гостями и сладости. У меня их не так много, но кое-что было.

Дальше сделала смесь Маше и села, отодвинув стул от стола, чтобы было удобно.

Мы молчали.

Я даже не знала, с чего тут можно начать. С прямого вопроса? Зайти со знакомства?

Она выглядела не лучше. Мне кажется, вопросы крутились в наших головах друг за другом.

– Я Варвара, а это мой сын Антон.

Антон.

Как часто Слава видел его? Как часто обманом уезжал к ним и проводил с ними время?

Почему она?

Мы настолько разные.

Я рыжая, она темно-русая. Она худая, я более в теле, но не полная. Она высокая, я низкая… Только глаза у обеих светлые. Губы полные.

И все равно, это какое-то сплошное безумие.

– Это моя дочь Маша, а я Нина, – отвечаю ей, переводя взгляд на мальчика.

Он спокойный и задумчивый. Не представляю, о чем он думает.

Одеты тепло. Хорошо и чисто. Но нет на них чего-то дорогого. Неужели, Слава давал мало денег?

Сейчас стошнит от мыслей об этом.

– Понимаю, о чем вы думаете, – грустно изрекает, а я издаю смешок.

– Простите, не хочу быть грубой, но вряд ли.

– Вы правы.

Никто не пошевелился. Кроме дочери, и та, лишь подтянула бутылочку ближе к губам.

– Почему вы пришли сюда?

– У меня не было другого адреса.