Измена. Борись за неё

Но Паше, видимо, было важно высказаться именно в тот момент, и он последовал за мной.

– Вы так мило смотрелись, разговаривали. О чем, Диан? Рассказывала, как плоха твоя жизнь? Завидовала его девушке, не так ли?

Абсурд лился потоком, за которым я не успевала поспевать, чтобы хоть немного понять смысл.

– Ты что несешь? – кровь закипала с неимоверной силой.

– Тачку его видела?

– И что? Мне какое дело до его тачки?

– А то я не видел, как ты смотрела, как он уезжал.

– И что же ты видел? – я, не выдержав, остановилась и посмотрела на него, уперев руки на талию.

– Зависть?

– Так утверждение или вопрос? Потому что все, что ощущала я, это тот факт, что наш с тобой общий друг впервые за десять лет был рядом. И искренне переживала из-за того, что у нас было мало времени на общение. Мне кажется, ты переложил со своей головы на мою, мысли, которые боялся сам озвучить. И еще, я гордилась им, вот что я ощущала по-настоящему.

– Ну, конечно.

– Я не поняла, о чем речь? О чем претензии? Я не обязана перед тобой отчитываться.

– Я совершил ошибку, и теперь ты меня распинать будешь до конца моих дней? Я сожалею о том, что сделал.

– Нет, Паш. В том и дело, мы с тобой уже разошлись, и мои претензии ты больше не услышишь, потому что не увидишь. Это действительно точка, прими данный факт.

– Так просто? – останавливает, когда я снова начинаю уходить.

– Что просто?

– Расстаешься. Вот так просто?

– А тебе просто было утешить Любу своими причиндалами?

– При чем здесь это?

– О, ну конечно. Изменил – все норм, я извинился. Понести ответственность – так виновата Диана, что прощать не хочет. Да? Этому не бывать, Паша. Никогда.

С утра стоило нам прийти с Аллой Николаевной в интернат, так он снова за свое.

Ночью перед сном, я рассказала ей все. Она, итак, сама заметила, что все не очень гладко, но никак не ожидала, что все настолько плохо.

И вот момент наступил. Снова дорога.

– Все будет хорошо, ты ведь это знаешь, Диан.

– Угу.

Мои глаза стали влажными, когда я обняла ее и села в такси, которое доставило меня на вокзал.

Дома у Люды я остаток дня была одна. Потому что она работала, но мы созвонились и я принялась готовиться к рабочему дню, а после легла спать, приготовив ужин для подруги.