Твоя жертва

Он тасовал их как профи и улыбался зловеще в таком освещении.

? О, да вы…

Мой муж осекся, видимо только теперь понял, что мог нарваться на человека, у которого ему не выиграть.

? Я не шулер, ? перебил его Коршунов, ? я просто очень хороший игрок и у меня вы никогда не выиграете в покер, зато вот этот парень всего трижды видел, как играю я. Надеюсь, ты помнишь правила?

Мужчина кивнул, медленно, выразительно и я чуть не упала, потому что внутри все от этого кивка переворачивалось и я все же смотрела на его лицо.

? Тогда я раздаю, ? сказал Коршунов, и игра началась.

Я видела как муж играет в покер тоже трижды, как это не смешно, но ни разу я не следила за игрой и не пыталась запомнить правила. Что значат все эти карты? Они еще и кидали какие-то монеты, сущая мелочь, но я при этом путалась еще больше.

Надменное лицо моего мужа кривилось в самодовольной улыбке, а его противник по-прежнему молчал и только смотрел зверем. Изредка губы его напрягались чуть сильнее, заметно и тогда все лицо становилось по-настоящему страшным и жилы проступали на мускулистой шее.

«Проиграй», ? умоляюще просила я, а он словно услышал, перевел взгляд и взглянул на меня сначала зло, а потом презрительно и улыбнулся, выкладывая карты на стол.

? Твою мать! – заорал мой муж, подскочив.

? Вы мне не верите? – спросил Коршунов ехидно, а я была готова поклясться, что так может говорить только человек, ловко подтасовавший карты.

? Я не это хотел сказать, ? тут же опомнился Кукловод, кашлянув в кулак. – Просто я хочу еще партию! Я хочу реванш!

? А у вас есть еще одна жена? – спросил Коршунов и вдруг посмотрел на меня весело. – Просто эту вы уже проиграли на эту ночь.

? Завтра! – потребовал мой муж. – Я хочу еще одну партию завтра, но я позову для удобства вас в казино.

? Я подумаю. Хотя нет, если ему понравится выигрыш, то почему бы и нет.

Охранник встал, и только тут я осознала, что происходит, попятилась испуганно.

? Нет, ? это единственное, что я смогла сказать прежде, чем мой муж открыл дверь и что-то приказал своей охране.

Я его не слышала. А у меня в ушах от ужаса шумела кровь.