Принадлежать демону

– Я могу и разозлиться, – с нажимом предупреждает Бес, включая гудки на громкую связь, на миг перестав улыбаться, словно я действительно его достала. Значит, он все же не непробиваемый.

– И что же ты сделаешь? – спрашиваю, пытаясь понять, где пределы его терпения и моей воли. – Снова околдуешь меня и изнасилуешь?

Он удивленно поднимает брови, будто ему совсем непонятно, о чем я говорю, но ответить уже не успевает. Ему отвечает моя мама.

– Доброе утро, Бес, – говорит она ласково.

Он что и ее околдовал!? Когда только успел?

– Доброе утро, Марина Николаевна, – спокойно отвечает Бес. – Хотел узнать, как там ваши дела, а то Марта с утра пораньше капризничает, вот я и подумал, не случилось ли чего?

– Все хорошо, может у вас что-нибудь случилось и вас пора поздравить с пополнением? – глупо хихикая, спрашивает моя мама.

– Пока нет таких новостей, – с улыбкой отвечает он, а я в ужасе смотрю на него и ничего не понимаю, а потом хватаю телефон и выбегаю с ним из кухни, быстро отключая громкую связь, чтобы тихо спросить:

– Мам, ты чего? Какие еще дети?

– Как какие? – удивляется та.

– Мама, зачем мне дети, еще и от этого?! Мама, только не говори мне, что у нас с ним любовь, и мы два месяца женаты. Ты вообще знаешь, что он демон!?

– Конечно, знаю. Он Бессмертный. Полгода назад мы с тобой помогли ему, после того как он вырвался из своего заточения, а ты в него влюбилась.

– Мама?! С каких пор ты стала так наивна? Что если это не любовь? Что если он околдовал нас всех? – пытаюсь я достучаться до нее. – Ты понимаешь, что он очень сильный демон? И черт его разберет, какая у него сила?

– Он, конечно, древний, но вызывать любовь – это невозможно…

– Мама, зачем настоящую любовь? Похоть, страсть, еще что-нибудь этакое и все! Разве ты не понимаешь, что я не могла такого полюбить? Ты же меня знаешь, мне вообще блондины нравятся.

– Ну нравились, мало ли что бывает, – растерянно отвечает она. – Ты сама говорила, что он прекрасен, что жить без него не можешь, плакала и умоляла не мешать вашим отношениям.

– Мама, я была… нет, мама, я даже не была.