Согрей мое сердце

Согрей мое сердце

Лика Верх

Сказка в реальности #3

Любовь? Смешно. Она мне не нужна. Полторы тысячи лет без нее жила и еще столько же проживу. Я рождена управлять снегом, мне подвластны ваши зимы. Зачем мне какая-то абстрактная любовь не пойми с кем? Тем более, когда это мой подопечный. Осталось понять смогу ли остаться равнодушной, занимаясь разгадкой его тайны? Вдруг он подберется так близко, что "растопит" мое сердце?

Лика Верх

Согрей мое сердце

Глава 1

Ректор Снежной Академии, по совместительству мой брат, редкостный зануда.

– Снежа, ты не справишься, – в сотый раз повторил Мороз, а я в сто первый возразила.

– Дай мне шанс. Один маленький шансик, Дар. Я не подведу.

И снова недоверие во взгляде.

Да, я облажалась и вообще за свою долгую жизнь длиною в… неприлично даже произносить этот возраст… в больше тысячи лет я лажала много, обстоятельно, с чувством, толком и полностью отдавала отчет своим действиям.

В общем, пока я не похитила его невесту, которая на тот момент еще не была его невестой, все шло нормально.

Я признала свою неправоту, извинилась тысячу раз, мы даже с ней общаться начали! Это прогресс! Но брат все равно упрямо стоит на своем.

Ошибку совершить несложно. Однако же существует особая категория, когда несмотря на желание забыть и отпустить прошлое, не можешь этого сделать.

– Все никак не простишь меня, да?

– Нет, Снежа, – вздохнул он. – Дело не в том, что ты сделала, а в том, что ты можешь сделать. У тебя не хватит терпения, и ты поубиваешь всех студентов.

Да, железным терпением, которым он славится, я не отличаюсь, но это же не значит, что я не справлюсь!

– Дар, пожалуйста, – взмолилась, надеясь его пронять. – Мне нужно чем-то себя занять. У тебя есть Академия и Варя, у Клауса тоже своя Академия и любимые студенты, а у меня кроме вас нет ничего.

Сердце вновь защемило от болезненного осознания, что я в этом мире никому не нужна. Да, у меня есть братья, но их… как бы и нет.

Мороз нахмурился, обдумывая мои слова.

Он всегда считался самым благоразумным в нашей троице.

Так прояви же свое благоразумие, родной ты мой…

– Ладно, – согласился он, – я доверю тебе студента. Одного.

Было видно, как тяжело далось ему это решение.