Всё равно люблю

Села в уютное кресло, закинув голову на спинку, глядя на большие вентиляторы, свисающие с высокого потолка и расслаблено прикрыла глаза, но ненадолго. Неожиданно для меня появилась Агата Львовна, скорее всего, вышла из смежной двери особняка и, поджимая свои тонкие губы, стала выговаривать мне разные гадости.

– Ты что себе позволяешь, с ума сошла? Малолетняя дрянь, быстро встала и пошла работать! А это ещё что? – перевела взгляд на мои ладони. – Почему у тебя перебинтованы руки?

– Болят… – ответила я, поднявшись с кресла.

– Что, «болят»? – блеснув стёклами своих очков, переспросила с сарказмом.

– После чего? Что ты такого сделала? Я у тебя спрашиваю, симулянтка! – прошипела она.

– Я вчера отмывала помещение без перчаток.

– Это тебе в наказание, чтобы не смела мне врать!

– Я не врала.

– Рот на замок! Направляйся натирать всю мебель в доме, начиная с верхнего этажа, в особенности постарайся в хозяйской спальне. Ты же за этим здесь, верно? – вдруг она замолчала, собрав брови у переносицы, обратила внимание на мой внешний вид, окинув его придирчиво.

– Это грязно и низко, для женщины Вашего возраста, – в горле встал ком, сжав пальцы, сморщилась от боли.

– Как заслужила.

– Я не шлюха, – выдавила из себя.

– Ну конечно нет, – саркастически усмехнулась. – И не трахаешься с хозяином?

– Это, не Ваше дело, Вас это точно не должно касаться, – я уже не могла сдерживать себя, несмотря на её возраст.

– Не моё дело? Не успела перешагнуть через порог, как порядки уже свои устанавливаешь? – стёкла её очков вновь блеснули… будь они чуть тоньше, треснули бы от давления глаз, коими она смотрела на меня через них.

– Что здесь происходит?! – прозвучал низкий голос Хасана.

Экономка тут же опустила руку, обратив внимание на неожиданное появление своего хозяина. Он стоял, облокотившись бедром о перила и его, спрятав руки в карманы. Оттолкнулся, поднимаясь по ступенькам, смотрел своей экономке в глаза…

– Хасан —

– Хасан Алиханович… – слышалась напряжённость в её голосе.

– Что здесь происходит? – поинтересовался, приблизившись к ней.

– Дело в том, что горничная себе позволила…

– Вернитесь к своим обязанностям.

– Как прикажете, Хасан Алиханович. Екатерина, за мной!

– Екатерина остаётся.

– О-о-о… да, конечно, – было заметно, как задето её самолюбие. Агату Львовну поставили на место перед какой-то горничной.