Кто-то третий

– Думаешь, он здесь? – вполголоса поинтересовался Крячко.

– Сомневаюсь. Слишком тихо, да и наше присутствие ему вряд ли пришлось бы по вкусу, – ответил Гуров.

– В дом стоит лезть?

– Не думаю. Видишь, коврик на крыльце запылился, а следов грязи нет. Его недели две с места не сдвигали. Если бы хозяин туда-сюда шастал, непременно его сдвинул бы, и не один раз.

– Да понял я, только здесь еще один вход, через подвал. И никакого половика там нет, – заметил Стас.

– Для чего Васе через подвал в свой дом входить? Нелогично, – качнул головой Гуров.

Бак для проформы проверили, он оказался пуст, и крышка все тем же ровным слоем пыли заросла. Искать в доме Васю смысла не было. Быстренько свернули осмотр и вернулись к проему. Собачник, продолжая играть свою роль, завидев оперов, жалобно запричитал:

– Не нашли? Ох, беда! Где же моя Жуля? Джульетта, девочка, иди к папочке!

Произнося эту фразу, он сунул голову в проем, и буквально в то же мгновение из глубины сада послышался собачий лай, а еще через минуту мокрая, но довольная морда Жули высунулась из проема.

– Ах, девочка моя! Ах, красавица! Вернулась? Сама дорогу нашла? – Искоса поглядывая на оперов, собачник одобрительно потрепал кокера по холке. – Больше не убегай, девочка. Ясно тебе?

– Ничего себе! – искренне восхитился Крячко. – Да у вас самый что ни на есть настоящий цирковой номер!

– С Жулей у нас полное взаимопонимание.

– Увы, не повезло, – вздохнул Стас. – Но вам все равно благодарность от московской полиции.

– Ладно, пойду я. Деткам моим кушать пора.

Собачник зацепил карабин на ошейнике Жули, потянул всю свору на себя, и спустя несколько минут они скрылись за поворотом. Гуров и Крячко вернулись к машине и поехали на следующий адрес. Из района Капотни доехать в Мытищи раза в два быстрее, чем в Барвиху, поэтому следующий визит опера нанесли родителям Васи. В отличие от загородного дома сына проживали они в непритязательной коммунальной квартире на пять соседей, правда, принадлежали им две комнаты.

К визитам полиции старики привыкли, провели полковников в одну из комнат, усадили на диван и приготовились отвечать на вопросы. Дома Васи не оказалось, комната, которую он занимал, стояла на замке больше месяца. После последней отсидки Шило приезжал в отчий дом всего два раза: в день освобождения и еще пару недель спустя.