Девочка Волка

«Правило этикета, угу… как будто я не знаю, просто отвык, крайне редко с кем делю трапезу, в основном это деловые встречи, там не до расшаркиваний», – размышлял я, наблюдая иногда за ней, ест, тщательно пережевывает и облизывает при этом свои пухлые губки. Мне стало интересно за ней наблюдать, и даже нравится, что я не один завтракаю.

Доел свой завтрак, взял свежесваренный кофе, откинулся в кресле, закинув ногу на ногу, попивая кофе. Она тем временем тоже закончила, взялась за кофе, подняла к носу, вдохнув ароматный кофе, зажмурилась.

– Хм… пей, не балуйся, – сказал ей.

Поджала недовольно свои губы, потом отпила глоток кофе и спросила:

– Можно мне в доме чем-нибудь заняться, может, кому-то помочь?

– Что, так устала сидеть в комнате?

– Да, устала.

– Можешь перемещаться по дому свободно, в правом крыле есть спортзал и бассейн, если энергию девать некуда, можешь потратить ее там. Это все, – поставил на стол допитую кружечку из-под кофе, встал и на ходу сказал:

– Жди меня сегодня, зайду в гости, приведи себя в порядок, не люблю неухоженных шлюх.

Услышал звон разбитого стекла, которое, видимо, выпало из рук Рыжей. Развернувшись уже в лифте лицом к ней, с ухмылкой смотрел в ее напряженное и напуганное лицо, пока двери лифта не закрылись. Что-то не припомню ни одну шлюшку, которая так себя вела. Были и помладше, но так себя никто не вел. Взял смарт, набрал Змея.

– Машина готова? Спускаюсь, – ответил я Змею.

– Доброе утро, – поздоровался мой водитель.

– Давай на стройку, посмотрим, что нам привезли по стройматериалу.

– Слушаюсь, Руслан Тимурович.

Доехали быстро. Вышел из машины, пару парней пошли за мной, остальные остались у въезда. Соорудили на время стройки.

– Прораб на месте? – спросил я на проходной.

– Доброе утро, Руслан Тимурович. Все собрались: прораб, инженер, проектировщик тоже здесь.

–Хорошо, Михалыч, не мухлюй на посту, знаешь, что я это не люблю. Если что пропадет или кто из детей забредет и пострадает, накажу тебя.

– Так… я… Вы что, Руслан Тимурович. Я как сокол, все вижу издали, у меня тут и муха не пролетит.

– Ну раз, как сокол, значит, молодец, – прошел через проходную, дед поднял настроение.

Михалыч был коренастым мужчиной преклонного возраста, шестьдесят два года, в хорошей форме.