#эдиптына

Каждого она дополнительно делила на мужчину хороший папа и мужчину плохой папа.

Всегда далеко и романтично отзывались в ее сердце мужчины хорошие папы.

А рядом оказывались мужчины плохие папы.

2

Вчера объявился ее Друг.

Человек, которого Эрика мало воспринимает как мужчину. Ей нравится болтать с ним обо всем на свете, дурачиться зимой в снегу, бултыхать газировку на последнем ряду в кинотеатре.

А еще отводить глаза, когда он случайно дотрагивается до ее волос или убирает ниточку с ее кофты на плече.

Или задерживает ладонь на ее щеке, чтобы погреть на морозе.

Когда приносит стаканчик ее любимой колы, в котором стукают друг об друга льдинки. Она начинает заигрывать с ними, рассказывать совершенно простую незатейливую историю.

Как встретились в океане две шлюпки с затонувших когда-то кораблей. И начали рассказывать свои истории, как они оказались в этом месте и в этот час.

А Он слушает ее и тормозит про шлюпки:

– Хочу тебя. Поедем ко мне…

Она резко останавливается и отодвигает стаканчик, хмуря брови:

– Вот вечно ты так… все портишь.

Ну нормально ведь сидели, болтали, тепло…

А Он продолжает, словно пропуская мимо ее слова, при этом бережно обходя эту стену, возникшую между ними:

– Эрика, мне тридцать пять и это нормально, что я испытываю желание, глядя на тебя. Вдвойне приятно, что мне уже можно говорить об этом. И делать это.

Она замирает и еще больше ежится в себя. Ей нечего сказать. Она согласна. Но общение с ним без секса ее устраивает гораздо больше.

Идет на интимную близость с ним только потому, что он этого хочет. И жаль будет потерять такого искреннего друга, с которым можно все. В постели Мигель застенчивый и скромный мальчишка. Она даже ни разу не видела его член. Это закрытая территория для любой женщины. Секс только под одеялом. И полный контроль за руками Эрики. Выдыхает и начинает коротить:

– Да, мне не шестнадцать, а я зависла там. Да, со стороны это выглядит странно и мое поведение нелогично. Ну давай я тебе дорасскажу эту историю, а потом… обещаю….

поедем.

И Она поднимает на него такие глаза, которым невозможно отказать. Он улыбается своей идеальной формой губ и тоже коротит (говорит отрывисто и быстро):

– Только мое условие! Пока ты дорассказываешь про шлюпки, я буду держать тебя в своих руках.

Это запрещенный прием (она не может позволить себе генитальное возбуждение именно с ним, он ведь ее друг) и они оба это знают.

Но условие на условие.

Они теперь взрослые.