Необыкновенная история

Марианна-сценическое имя моей помощницы по этому вопросу.

– Садись и расскажи, что мы делаем дальше? – сказал я как можно спокойнее.

– Мы? Жениться я на тебе не буду. Считаю, что твоя нежная натура не настолько пострадала.

Мама начала так смеяться, что я готов был убить эту малявку, но не выдержал и стал тоже хохотать.

– Это мы потом решим. А сегодня на повестке дня твой брат. Во-первых, я на машине. Это удобно. Во-вторых, зачем вам надрываться, когда есть я?

– Это неудобно. Я и так вечная должница твоим родителям.

– С ними разбирайтесь сами, а Саша- мужик, который нравится моей сестре. А я заботливый брат. Правда, мам?

– Машенька, пусть этот великовозрастный ребенок будет у вас с Алинкой на побегушках. У неё есть инструкция по применению, – в нашей семье скучно не бывает.

– Маш, у меня отпуск. Я свободен. Так что не отказывайся.

– Хорошо. Только чур потом не жаловаться.

– Замётано.

И мы поехали в больницу. В коридоре нашли заплаканную сестру.

– Что? – спросила Машка.

– Он меня выгнал. Зашёл врач и сказал о травме позвоночника. Саша показал мне на дверь и сказал, чтоб больше не появлялась!

– Узнаю брата. Успокойся. Всё наладится. Я ему сейчас покажу, – зарычала мелкая.

– Девочки, спокойно. Там бешенная Ника, –уступая дорогу разъярённой фурии, сказал я.

– Это я ей позвонила, – пискнула Алина.

– Номер палаты? – прорычала Ника.

– 57. Девочки, пойдёмте посмотрим бесплатный концерт. Может быть, Сашу спасать придётся, – хмыкнул я.

– Ты, козёл бесчувственный, лучше бы, чем сопли жевать, узнал бы у врача, что надо сделать, чтоб встать.

Я видел, как напряглась Маша, и тихо ей шепнул, чтоб не лезла, всё под контролем. А для спокойствия и собственно по жуткому желанию взял её за талию. Маша как-то сразу притихла. А концерт продолжался.

– Ты тряпка, а не мужик, зря она тебя в свою жизнь впустила, если при первой сложности ты сдулся. Она не тот человек, об которого так ноги можно вытирать!!! На дверь он показал.

– Что здесь происходит? – пропищала заглянувшая медсестра.

– Сеанс психотерапии, дверь закрой с той стороны! – рявкнула Ника.

– Сильно… – пискнула Маша. Я как самый трезвомыслящий и понимающий, что происходит, еле сдерживался, чтоб не заржать.