Я приду, когда будет хорошая погода

Улыбка исчезла с лица Хэвон после столь серьезных слов ребенка. Вдобавок ко всему хозяин книжного магазина еще и опекает племянника? Вы, должно быть, очень заняты, Лим Ынсоп.

Хэвон повесила на елку оставшиеся гирлянды и убрала пустые коробки. Мальчик тем временем поставил на стол кастрюлю с овсянкой, не забыв подложить под нее полотенце.

– Кажется, что овсянка сварена с опилками из точилки для карандашей, – съев ложку, заключил ребенок.

– Звучит как каша из опилок. Невкусно?

– Я не сказал, что невкусно, я просто имел в виду, что ее сварили из опилок от карандашей.

Съев овсянку, мальчик встал перед раковиной, вымыл кастрюлю, ложку и положил их сушиться. Затем достал с полки обучающий комикс с именем «Чон Сынхо» на бирке и стал читать. Когда она подумала, что, возможно, впервые за сто лет видит ребенка, читающего книгу, вместо того чтобы играть в игру на смартфоне, от двери раздался радостный голос:

– Боже мой, как сильно изменилась атмосфера! Здесь настоящее рождественское настроение.

Женщина лет пятидесяти в серебристо-сером пальто и розовом шарфе с удивлением смотрела на нее.

– Мок Хэвон, это ты? Что ты здесь делаешь?

– Здравствуйте! Я теперь здесь работаю.

Хэвон улыбнулась Суджон, которую давно не видела. Давняя подруга и одноклассница тети Мёнё, она, несмотря на свои годы, все еще производила впечатление юной девушки.

– Удивительно! Я проезжала мимо на автобусе, увидела гирлянды в окне – и сразу же вышла на остановке.

Со счастливой улыбкой женщина достала из сумки упаковку клубники.

– Сынхо, иди к нам! Приятного аппетита.

Втроем они пили чай и ели клубнику. Сняв пальто, Суджон продемонстрировала платье, которое сама сшила на швейной машинке. Она по-прежнему выглядела очень моложаво, но о ее годах говорили морщинки вокруг глаз и серебристые пряди волос.

– То, что сверкает, всегда истинно… Действительно.

Погруженная в волнение, женщина смотрела на горящие лампочки гирлянд на окнах.

– У меня была подруга, которая напоминает мне эту картину. Когда я училась в старшей школе, мы ходили на озеро Хечхон с подругой по имени Сунён. Это было осенью. Лучи солнца переливались на поверхности озера. Моя подруга спросила, из-за блестящей ли поверхности его называют Эльдорадо.

Хэвон положила вилку и прислушалась. Казалось, Суджон скорее говорит сама с собой, чем обращается к Хэвон, но та не хотела прерывать поток ее мыслей.