Тюремщица оборотня

 – Мне больше некуда пойти, пожалуйста!

Той было искренне жаль девушку, но помочь при всем желании Честер не могла. Не хотелось в такой горький час напоминать бедняжке про её ущербность, но что поделаешь?

– Я не против, но прокаженную и близко не пустят в замок. Удивительно, что допустили во двор.

– А вы не пустите меня в свою комнату? Тайно… Только на ночь. Я заплачу.

– Я делю комнату с младшей поварихой и двумя прачками. Они неплохие женщины, но жутко суеверные. Ты бы слышала, что они говорят о таких, как ты.

Они сидели на скамеечке, неловко поглядывая друг на дружку. Честер сочувственно вздохнула. Слезы оставили на закопченном лице Мины грязные дорожки, и старуха взялась за кончик её плаща.

– Дай-ка я тебя вытру. – Она нещадно стала тереть кожу. Сажа не поддавалась. – Эх, мыло бы.

– У меня есть в подвале, – обрадовалась замарашка. – И полотенце, только зеркала нет.

– Послушай, – радостно вскинулась бабка. – А почему бы тебе не пожить в подвале?

– Там же оборотень… – неуверенно ответила девушка.

– Да! И туда никто не сунется! Живи сколько хочешь, никто тебя не выгонит. Никто даже не узнает, что ты там обитаешь. И совершенно бесплатно!

Мина задумалась. Идея была хорошая, даже замечательная идея. Кроме…

– Там сыро и холодно, – с сожалением отмела её Мина.

– Холодно это плохо, – согласилась Честер.

– Плохо. Была бы печка… И дров у меня нет, и денег, чтобы купить их, – стала перечислять бездомная.

– Дров в замке полно.

Мина поерзала на скамеечке. Укрытая тонким плащом, она уже замерзла. Девушка встала и переступила с ноги на ногу, чтобы согреться.

– А ведь там была печка!

– Неужели? – не поверила девушка, топая ногами.

– Была, была, я точно помню. Там за решеткой труба выходит, и давно… лет пять назад, её топили. Прямо над землей дым шел. А потом вынесли… Хозяин обозлился на зверя и велел убрать.

– А вы мне не поможете… – хотела попросить Мина.

Но бабка поднялась, стряхнула снег с юбки и потянулась к колодцу.

– Могу помочь только одеялом.

– Спасибо, – залепетала девушка.

– Два медяка.

Мина от такой наглости плюхнулась обратно на скамейку, с которой тоже поднялась.