Нефритовая война

Ты была рождена и воспитывалась для своей роли. Кто еще способен все изменить, если не ты?

Когда он был в чем-то уверен, Маро становился крайне убедительным оратором, и, несмотря на недавние приступы сомнений в самой себе, Шаэ не удержалась от улыбки и желания поверить в его слова.

Официант убрал тарелки, и к их столику из кухни подошла выразить свое почтение шеф-повар и хозяйка «Кухни Голиаани», Фонарщица клана. Это была невысокая, круглолицая тунка, очевидно рожденная или воспитанная на Кеконе, потому что говорила по-кеконски безупречно.

– Коул-цзен, – сказала она, прикоснувшись сомкнутыми ладонями ко лбу и низко поклонившись, – это честь для меня и моего скромного заведения. Пришлись ли вам по вкусу наши блюда?

Шаэ заверила ее, что еда была превосходной. Маро вытащил бумажник, чтобы расплатиться, но его тут же прервали:

– Нет-нет, никакой платы, вы гость Шелеста, а наш ресторан верен Равнинному клану.

Шаэ встала и собралась уходить, но Маро не поднялся.

– Я настаиваю на оплате, – сказал он и посмотрел не на хозяйку, а на Шаэ.

 – Я не вхожу в клан, так что ресторан ничего мне не должен, и хотя я знаю, что ты можешь бесплатно поужинать во многих местах, мне было бы приятней заплатить за тебя. Это мелочь, но позволь мне расплатиться.

Хозяйка вопросительно взглянула на Шаэ – та колебалась. Если она примет галантный, но неуклюжий жест, то значит, пришла в «Кухню Голиаани» не как Шелест Равнинного клана с гостем, а как спутница Маро. Она тут же представила слухи и вопросы, которые разнесут сплетники клана.

Но в просьбе Маро было что-то безыскусное, подлинное и пылкое желание соблюсти ритуалы ухаживания, и она не могла ему отказать. Она кивнула хозяйке «Кухни Голиаани» и улыбнулась, снова села и позволила ему оплатить счет.

– Спасибо, Маро.

Бетон снаружи намок от Северной Мороси, типичной для сезона муссона, но влага расчистила смог, и Жанлун благоухал свежестью. Они рука об руку шли по тротуару и болтали. Шаэ с ностальгией указывала на всякие мелочи в своем бывшем квартале: книжный магазин с попугаем в окне, лоток с жареными орешками в бумажных кульках, новая неоновая вывеска театра, появившаяся уже после ее переезда.

Они остановились у витрины магазина грампластинок, и Шаэ с удовольствием увидела множество записей эспенских мюзиклов, некоторые она смотрела, будучи студенткой Виндтона, это всегда были забавные костюмированные мелодрамы. Она их полюбила.

Маро обнял ее за талию.