Нити Судьбы

– Как думаешь, если ойды узнают, что жителей Общины можно споить определенным сортом чая и выведать все тайны, – бормоча, Саратуйя ищет удобное положение для сна за столом. Спина будет болеть, друг. – За сколько лет мы перестанем существовать?

Последние слова он уже едва произносит.

– Сто – сто пятьдесят лет, – Кельвин помогает Саратуйе подняться.

– Оставь меня… я в печали…

– Ты пьян, Сар, – подхватываю друга под руку с другой стороны. – Лучше отоспаться в моей каюте. Туда никто не зайдет.

– За штурвал?

– Да.

Последишь за ним?

– Всегда.

– Благодарю.

– Моя обязанность, как старшего. Иди.

Интерлюдия.

Нижний мир.

Искрящаяся впадина

Бездонной Пропасти.

Представитель донного народа задумчиво смотрит перед собой в темноту арочного проема окна. За незаметной мембраной магической вязи играет косяк светящихся рыб. Их тонкие тельца, изящные, словно листья морских мирань[3 - Цветок с цепкими листьями-ленточками. Соцветия голубоватого оттенка с переходом в бирюзу. Светятся.

Аромат растения ощущается в полной мере при его созревании и полном раскрытии бутонов, расположенных на жестком стебле у основания листьев.] в период сбрасывания листьев, уносящихся мягким течением, мелькают, вспыхивая искорками и освещая темную комнату всполохами на чешуе и плавниках.

Мембрана защищает от живых созданий, но дает возможность течению беспрепятственно проникать в помещение. Этот самый поток путается в лабиринте, что создан белой массой волос сидящего в кресле из костей зверей и животных, за столом, собранных из прессованных чешуек мрачнорыбы, заваленном множеством кристаллов связей, листьев кабаку?а среди артефактов, мягко сияющих от поступивших сообщений.

Тонкое бледное лицо в облаке волос изящностью линий может поспорить с самой наипрекраснейшей из эльфиек, губы созданы для грехопадения, а пушистые ресницы на миндалевидных глазах, цвета темнейшей бездны, способны вызвать зависть у любой из женщин. Высокий лоб венчает обруч, бесконечный в своих изменениях, и сейчас, он больше походил на солнечную корону темного металла, в чьих гранях блестят всполохи вихря рыбок за окном.

Мембрана входа подсветилась серо-голубым.

– Входи.

– Мой Ард, мы нашли вашу сестру, – почтительно кивает вошедший, прижимая руку в чешуйчатой броне, к груди. Серокожий, в столь же серой гладкой броне не сводит взгляда своих белесых очей с сидящего. Длинные пальцы с острыми ногтями едва заметно подрагивают, как и кончик его хвоста.

– Говори.