Чувства по контракту

– Нил Андреевич? – Я стучу в дверь спальни, но она неожиданно с легкостью поддается.

Ох, пожалею же.

Сейчас нарвусь на Мистера Любезность, да так, что буду плакать в том же кабинете, что и Оксана.

– Господин Аверин, – добавляю более официально и перешагиваю через порог. – Гости ждут…

Странная деталь сразу привлекает мое внимание. Я вижу, что босс бросил черный пиджак прямо на пол. Кощунство какое! В его квартире за такое сразу сжигают на костре, разве нет? Я поднимаю пиджак и иду к гардеробной.

– Простите, Нил Андреевич.

Я, как идиотка, разговариваю с приоткрытой дверью. Но я слышу по шорохам, что он там.

– Алексан… Алекс, – произносит Аверин сдавленно. – Войдите.

Глава 6

Мне не нравится его голос.

Я трогаю дверь и аккуратно вхожу внутрь. Аверин стоит ко мне спиной. Его широкие ладони лежат на высоком комоде, который помогает ему держать равновесие. Он буквально склонился над ним, а на лице болезненная судорога.

– Нил Андреевич, – выдыхаю и подскакиваю к нему, хотя толком не знаю, чем помочь.

Вот просила же его назвать лекарства!

Как чувствовала, что снова случится!

И почему он такой упертый?!

– Больно, да? – спрашиваю, хотя сама прекрасно вижу, что ему нехорошо.

И это мягко сказано!

Он не открывает глаза, как будто вздумал просто-напросто игнорировать недомогание. А что, чем не метод? Зажмуришься посильнее – и всё пройдет! Все врачи так советуют! Внутри меня кипят эмоции, я почему-то очень близко к сердцу принимаю его состояние, но при этом сохраняю видимое спокойствие.

Я даже решаюсь коснуться его.

– Давайте позовем доктора? Я сейчас найду нужный номер…

– Нет, – он хрипит. – Просто проследите, чтобы никто не вошел. Я скоро выйду к гостям.

– Выйдете? Нил Андреевич, в таком состоянии вы доберетесь до гостей только ползком.

Я игнорирую мужской рычащий выдох и подныриваю под руку Аверина. На нем нет рубашки, что немного путает мои мысли. Я все же успеваю оглядеть его и закрыть все вопросы, которые у меня были.

Хотя тут тоже нельзя трогать.

По реакции Аверина это становится очевидно. Он упрямится и встряхивает головой, отгоняя меня вместе с приступом.

– Что вы делаете, Алекс?

Он еле говорит, но пререкаться не бросает.