Опиум

Что-то щелкнуло во мне, рефлекс, подпитанный болезненными воспоминаниями. Моя голова не успела успокоить тело, мне не хватило времени, чтобы объяснить ногам, что всё в порядке до того, как они подкосились. Я полетела вниз, словно площадка подо мной внезапно разрушилась, а в полёте увидела, как кулак Даниила обрушился на стену.

Не успев насладиться выпущенным гневом, мужчина нахмурился и спустя мгновение протянул мне руку.

На моё лицо наплыла краска от неловкости, хоть я и не сделала ничего постыдного. Всего лишь испугалась.

– Я не хотел напугать. – Извинился он, не произнося привычных слов извинения.

– Всё в порядке.

Даниил кивнул и снова нахмурился, прежде чем спросить:

– Кто поднимал на тебя руку?

– С чего вы взяли? – я старалась выглядеть непринужденно, но почувствовала, как он пронзил меня острым взглядом сквозь темноту.

– У тебя привычки жертвы. Так кто, отец?

– Нет, – я отрицательно помотала головой, щекоча себя волосами по шее.

– Значит, любовник?

– С чего такой интерес к моей жизни?

– Хочу знать всё про своих людей.

– Не настолько же. – Я снова поправила юбку, хотя в этом не было необходимости. – Что мне делать с поставками? Может попытаться связаться с поставщиком?

– Тебе – ничего. Я сам этим займусь.

– Помощь нужна?

Я услышала его ухмылку, но не увидела. И это и был ответ.

– Учись уверенно держаться на ногах. – Мужчина окинул меня взглядом, чтобы удостовериться в моей устойчивости и стремительно ушёл прочь.

***

Всё ещё раздумывая о том, как нелепо продемонстрировала свою жалость человеку, в глазах которого должна выглядеть безупречно, я сидела за баром. Документы, которые мне нужно было сдать перед своими выходными, здорово отвлекали меня от мыслей.

– Твоя смена закончилась.

Я оторвала взгляд от бумаг и повернулась на звук его голоса.

– Да, знаю. – Улыбнулась я Даниилу и вернулась к листам перед собой.

Он опустился на стул, стоящий через один от того, на котором сидела я. Мужчина держал в руках стакан с пламенно-янтарной жидкостью.

– Иди домой. – Спустя длительное молчание произнёс он с приказной интонацией.

– Да нечего мне делать дома, – раздражённо буркнула я, потеряв счёт бесконечным строчкам.