Я подчиняю

Но я смотрела на него и понимала, что он тяжелее воспринял мою измену, чем я сама.

Для того, чтобы начать новую главу книги, нужно завершить и принять предыдущую, независимо от того нравится тебе сюжет или нет. Иначе продолжения не будет.

В жизни нельзя выбросить реальность, как книжку в мусорку и забыть, требуется принятие.

Кир отказывался завершать эту главу, не хотел идти дальше.

Он кричал на меня в яростном запале, обвиняя во всех карах и приписывая мне дополнительные измены со всеми подряд: официантами, курьерами, прохожими.

Придумывал статусы пониже, чтобы сильнее зацепить меня.

Припомнил мне всех мужчин, к которым меня приревновал ранее. И уже я не смогла вынести его пустых обвинений в свою сторону, выдержав только минут десять этой омерзительной речи, и вместо того, чтобы вызвать полицию, потому как выставить его за дверь не получилось – позволила себе возвратить все нелестные слова в его адрес.

Припомнила ему беременную любовницу, его друзей, которые косо на меня поглядывали, обвинила в том, что мало времени мне уделял и не заботился должным образом.

Вспомнила его непонятное поведение и секреты, которые были мне уже поперек горла вместе с той блондинкой.

Потом случилось то, что казалось неизбежным. Таким же неизбежным, как остановить время.

В самый накал страстей и взаимных оскорблений, я бросилась на него дикой кошкой, чтобы ударить или хотя бы оцарапать, причинить ему такую же боль, которую он приносил мне словесно, а обнаружила себя, пригвожденной к стене.

Он удерживал меня, гипнотизируя своим черным взглядом, пока я продолжала запальчиво обвинять его в произошедшей измене, приводя множество фактов ему в вину, бравируя и распаляя его.

И замолчала я только после того как его губы припечатали грубым поцелуем мой рот.

Нам обоим нужно было выплеснуть накопившийся негатив. Что может быть лучше, чем выплеснуть его в совместном сексе?

Он повалил меня на пол, даже не удосужившись закрыть приоткрытую дверь или раздеться должным образом, в то время как я уже стягивала с него все, до чего могла дотянуться, целуя, кусая, царапая и испытывая от этого дичайший кайф.

Конечно, чувствовалась злость и обида в каждом его движении, поцелуе, рывке. Все хаотично, некультурно с элементами садизма. Доставляя мне боль, он заставлял в то же время меня стонать от наслаждения, самоутверждаясь.

Особенно мне запомнился момент с удушением.