Комната страха (сборник)

Охранники были встревожены, но на решительные действия явно не покушались. Гуров подумал, что и ружье у них, скорее всего, не заряжено, а может быть, даже и не стреляет вовсе.

– Полковник, я тут принял меры! – нервно выкрикнул из-за «Мерседеса» Пивоваров. – Нужно обезвредить этих негодяев! Вы их уже арестовали?

Под глазом у него синело что-то, похожее на большую сливу. Он прикрывал синяк рукой, но кое-что рассмотреть можно было даже издали.

– Николай Иванович! Идите сюда! – сказал Гуров. – Мы никого не арестовали, но всех уже обезвредили.

Пивоваров разочарованно махнул рукой и ушел за ворота. Гуров тоже вышел на улицу и заговорил с охранниками.

– Все нормально, ребята, – сказал он. – Только у меня к вам еще один вопрос. Примерно в то же самое время, когда Ликостратов домой вернулся, не появлялся ли здесь новый «Ситроен», цвет «металлик»?

Жирнов опустил ружье, на секунду задумался.

– А ведь верно, был «Ситроен», – сказал он. – Чуть пораньше приехал. А уехал обратно вскоре после того, как черная «Нива» появилась. Точно, примерно в то самое время все и было.

– А кто в «Ситроене» сидел? – спросил Гуров. – Когда туда ехал и когда обратно?

Жирнов покачал головой.

– Вот этого не скажу, не приглядывался. Да и быстро все это было. А что у вас тут случилось-то?

– Это у вас случилось, – ответил Гуров. – В гараже Ликостратова человека убили.

Глава 4

Следователь Балуев долго тер щеки ладонями, разгоняя кровь, а потом пожаловался вполголоса:

– Устал я что-то сегодня, Лев Иванович! Просто засыпаю на ходу.

Он сквозь полуопущенные веки серьезно посмотрел на Гурова, ожидая ответа. Глаза у него были красные и припухшие. Гуров проследил, как рука Балуева наработанным жестом вытягивает из пачки сигарету, и заметил:

– А я думаю, просто устал, и все.

– А как не курить? – возразил Балуев. – С вами закуришь! Вот теперь ты мне еще один труп подбросил. Не думали, как говорится, не гадали, а тут Лев Иванович Гуров нам сюрприз приготовил. Не захочешь, а закуришь.

– Для меня самого это убийство полной неожиданностью стало, – сказал Гуров. – Тоже о чем угодно думал, но никак не о криминале.