Исцели меня. Невозможное

– Фу… что за дрянь?

– Это гречка с комплексом витаминов, очень полезная штука.

– А нельзя было гречку отдельно, а витамины отдельно? – ухмыльнулся я, но вместо ответа увидел неодобрительное покачивание головой.

Деваться некуда, я не ел несколько суток и сейчас бы слопал целого слона. Агата с любопытством наблюдала за моей трапезой, вызывая во мне чувство неловкости. На меня так обычно смотрит влюбленная девушка, с которой, только что разделив горячую постель, отправляешься на кухню для восстановления сил.

– Ты простужен, – произнесла она и, приподнявшись, вдруг положила мне ладонь на лоб.

Это нелепая близость моментально колыхнула во мне эмоции, заиграли гормоны. Отодвинув чашку, я по-особому посмотрел на нее, оценивая ровную кожу на лице, расслабленные губы, длинную красивую шею, стройную фигуру, приподнятую грудь. Поняв, что совершила ошибку, Агата отдернула руку, прижимая ее к груди.

– У… у теб-бя, – заикается она, – температура… выпей компот…

Она подскочила и как ошпаренная выбежала из комнаты.

Я, честно, растерялся от такого поворота событий. Зачем Ордену присылать ко мне юную неопытную девчонку? Обручального кольца на ней нет – значит, она не замужем, одаренная – значит, девственница. Зачем отправлять к молодому парню, который является угрозой для Ордена, одаренную девственницу? Проверить ее? Запутать меня?

Миллион «зачем» и «почему» разрывают мою голову, но ответ только у Ордена. Я в полном одиночестве дожевываю кашу и запиваю кисло-сладким компотом из шиповника, вполне сносным на вкус.

Температура у меня все же есть, она проявляется легкой слабостью и потливостью. Я уже не могу сидеть в этой комнате. Компьютера нет, мой сайт сейчас простаивает без новостей, нет возможности заняться творчеством в цифровой среде и разобраться в алгоритмах какой-нибудь программы. Я один. Даже книги нет, чтобы погрузиться в фантастический мир автора.

Ломка от безделья заставляет встать. Придерживаясь за стены, похромал в белую комнату. Вставать на ногу не могу, она напоминает о себе ноющей болью, поэтому, опираясь на кончик большого пальца, я передвигаюсь медленно и осторожно.

Посмотрев на комнату, подумал: «Так не пойдет».

Вдоль большой комнаты в самом центре уродливо стоит кровать. Словно раньше здесь была общая больничная палата, но вдруг вынесли всю мебель, оставив кровать и стол. Я доковылял до кровати и развернул ее к стене. Она оказалась достаточно легкой, поэтому я просто с ней управился. Стол стоял очень неудобно.