Исцели меня. Невозможное

Легкое покалывание и движение воздуха, словно до моей груди коснулось что-то живое. Очнувшись от мрачных дум, я сразу понял, что там за дверью не просто девушка, а одаренный человек. Вот почему она сразу запала в душу и напомнила Настю.

– Убирайся, – стукнул я кулаком в дверь, и сверхъестественное явление прекратилось.

– Глупец, – коротко буркнула она.

Тихие удаляющиеся шаги и глухой хлопок двери, она ушла. Я согласен с ней, я – глупец. Совсем недавно, наслаждаясь свободой, я не ценил своего счастья, а сейчас я пленник чужих правил и законов.

Устав стоять на одной ноге, я медленно опустился на пол. Вытягивая ногу, замираю в одной безболезненной позе. Неожиданно перед глазами возник образ заплаканной девушки. Кто его знает, может, это делает ее дар, а может, моя совесть, но сердце тут же дрогнуло сочувствием.

«Все же я гад», – усмехаясь, утвердительно сказал я сам себе.

Закрыв глаза ладонью, я погрузился в размышления о своем неоднозначном поступке, и совесть все больше и больше поедала меня, жалея прекрасное создание.

Усталость отяжелила тело, легкий озноб прошел сквозь меня, я повалился на бок. Отстраненные думы погрузили меня в дремоту.

Проснулся я от слабых толчков. Передо мной сидит девушка, ее зеленое платье почти сливается с изумрудным кафелем, и только бросаются в глаза белые лампасы на рукавах, которые хорошо сочетаются с широким белым поясом на талии. Не скрывая любопытства, она внимательно смотрит на меня. Я пытаюсь ровно сесть, как в момент заболевания гриппом, ощущая слабость и непослушность в теле.

– Опять ты, – начал я, сдерживая дрожь от озноба, – просил же не приходить.

– Ты не справишься с Леонидом, он слишком силен. А ты отказываешься от еды, значит…

– Слаб, – перебил я ее назидательный тон.

– Глуп, – фыркнула она и откуда-то из-за спины кинула мне на колени боксерские перчатки. – Хочешь драться? Дерись со мной, – гордо подняв голову, произнесла она.

– Я не буду этого делать, – усмехнулся я и швырнул перчатки к стене, – ты девчонка.

– Тогда смирись с моим присутствием и не смей меня больше прогонять, – с напором и злостью прошипела она. – Если это удовлетворит твою мстительность, можешь избить меня так же, как избили тебя…

Я открыл рот и онемел. Ее слова стрелой вошли вглубь меня, и я понял, что все мои выходки адресованы не тому человеку. Она всего лишь посыльный, милый посредник между мной и главой Ордена.

Оценив мое молчание, она встала и быстро вышла из комнаты.