Тайга

А она приняла угощение из его рук и спросила:

– А вы?

– Ну, если тебе совесть позволит со мной поделиться… – ответил он, увлекая спутницу в более доверительные отношения.

– Гоша, я вас когда-нибудь побью, – угрожающе произнесла Лиля и тоже улыбнулась.

Но в темноте он не увидел ее счастливой улыбки, а только почувствовал, как дотронулась она до его руки своей нежной ручкой и вложила в его ладонь кусок шоколада.

– Ну, и на том спасибо! – подшучивал он, пытаясь разрядить обстановку.

Лиля медленно улеглась на свое место и начала с наслаждением есть свой кусок лакомства.

– Какой горький! Настоящий! – поведала она. – Только немного подтаял.

Они долго лежали и думали каждый о своем, и тихонько наслаждались этим приятным, слегка горьковатым вкусом темного шоколада.

Эта ночь была длинная. Они никак не могли уснуть, ворочались, шурша березовыми ветками, снова затихали, и так бесконечно. Уже на рассвете, казалось, что сон начал брать верх, и они уснули, лежа в разные стороны.

Но тут где-то рядом зарычал медведь, словно учуял на своем участке непрошенных гостей.

Лиля вздрогнула и кинулась к Гоше. Она в испуге прижалась к нему, а ее сердечко взволнованно колотилось, боясь, что их жизням угрожает настоящая опасность.

– Молчи! Тихо! – шепнул он и прижал палец к ее губам.

– Он где-то рядом! – отвечала она шепотом, дрожа от страха, словно осиновый листок.

– Два самца, – пояснил он, вслушиваясь, что творилось где-то рядом, – самку делят.

– Их там что, трое?! – с замиранием сердца шептала Галанчук, а сама, казалось, вросла в него.

– Им не до нас сейчас, – стал успокаивать ее Гоша, – когда мужики бабу делят, у них нюх ослабевает, – с улыбкой растолковал он.

Но сам был настороже, осознавая, что убежать от двух разъяренных медведей, будет куда сложнее.

Но вскоре все стихло. Топтыгины переместились куда-то в тайгу. А Лиля так и сидела, прижавшись к нему.

Он улыбнулся, глядя на нее в темноте. А сам легонько обнял ее за плечи, желая проверить ее на верность мужу.

– Как вам не стыдно! – выкрикнула она с упреком и отсела от него подальше. – Воспользовались моим испугом?

– Да нет, я же мужик. Пока что. Просто природа тоже требует свое.

– И даже не думайте! – категорично заявила Лиля. – Я с мужем венчана. Это грех большой.

– Понял, – ответил он коротко и вновь улегся на свое ложе, намереваясь поспать еще немного и осознавая, что тут ему полный облом.