Вредина

– Ты где у нас живешь?

– Бабушка дом оставила, а сама уехала к дочке жить.

– Ты в нем прописана?

– Нет, – мотнула она головой, – иначе, мне вообще своего жилья не заработать. Там жилплощадь позволяет прописать еще десять человек.

– А чем тебе дом не нравится? Свежий воздух, огородик, цветочки.

– Квартиру хочу. Чтобы спать на десятом этаже и не бояться, что к тебе могут залезть в окно.

– Мужика тебе надо, а не квартиру! – уверенно напомнил ей Свиридов.

– Где же я его возьму сейчас?! – усмехнулась Марина.

Геннадий Михайлович резко сменился в лице и строго наказал:

– Так! Этот товарищ тебе – совсем не товарищ! И даже не думай с ним связываться!

– Почему?! – повела бровями девушка, желая узнать подробности из жизни водителя.

– Он мужик ушлый. Жениться вообще не собирается. Загулявшийся, бабами набалованный, зализанный.

– Я догадалась уже, – улыбалась Сапсонова, понимая, что и сама давно его раскусила.

– Ладно, – согласился Свиридов, стукнув ладошкой по столу, – так и быть, ставлю тебя на очередь на квартиру!

– Обещаете?! – обрадовалась Марина.

– Честное слово даю!

– Спасибочки вам! – радостно похлопала она в ладоши. – Хоть одна хорошая новость за последние дни.

Он взял авторучку, поставил свою резолюцию в углу заявления и протянул его обратно бухгалтеру.

– Счастливо отдохнуть.

– Спасибо, – улыбнулась девушка, принимая свое заявление обратно.

– Куда едешь? – поинтересовался начальник.

– К маме, – ответила она и вздохнула с облегчением.

– А на море?! – вопрошал Геннадий Михайлович.

– Море отменяется в этом году, я машину покупаю.

– Молодец! – похвалил он. – И что берешь?

– Мазду. Джип.

– Круто!

– И транспорт свой будет.

– Отдыхай и, как только получишь машину, не забудь меня на ней прокатить.

– Обязательно прокачу! – пообещала Марина и расплылась в довольной улыбке.

– Ну вот, вижу свою прежнюю Маришку! – воскликнул мужчина.

– Спасибо вам за все… – поблагодарила Сапсонова, а на глазах появились слезы. – Побольше бы таких начальников…

– Так! Я женат! – протяжно напомнил он, чем совсем рассмешил свою подчиненную.

Марина тихонько засмеялась, а в это время одинокая скупая слеза скатилась по ее щеке.