Вредина

– Она и сама за себя умеет постоять, – тихо проговорил Олег, вспоминая все их стычки и скандалы.

– Молодец! – похвалила женщина сотрудницу. – Что делать, если мужчины так себя ведут? А от тебя я такого не ожидала! – вновь укорила она.

– Да… я и сам не ожидал, – с досадой ответил он, виновато поглядывая куда-то в сторону. – Я думал, она промолчит, а она мне: «Поскользнетесь на мне! Аист по дороге ронял»! – передразнил он Сапсонову. – Такое зло на нее взяло! Думаю, есть то… А так вызывающе ведет себя.

Нина Васильевна улыбнулась и тихонько предупредила:

– Смотри, а-то потом жалеть будешь!

– Вы про что?

– Мариночка очень честная и одинокая женщина. А еще она умница, красавица и просто очаровашка! Ты в своем гневе хоть разглядел ее?

– Да… нужна она мне, глядеть на нее… – буркнул в ответ водитель.

– Просто я к тому, что такие красивые глаза как у Марины, не должны больше плакать. Хватит, от мужа настрадалась.

– А почему она развелась? – полюбопытствовал Олег и сразу оживился, понимая, что сейчас он узнает о ней всю правду.

– Он пить начал, но это полбеды! Стал он похаживать в казино и в автоматы, в надежде обогатиться. Приходил, вытрясал из нее всю душу, требуя деньги. А если она не давала, то уносил из дома вещи и продавал их. Она боролась с ним как могла, а последний раз чуть не убил ее с Колькой. Она чудом убежала от него. Благо было не так холодно. Так и выбежала на улицу в одном платьице, а сама сынишку прикрывает руками. А тут наша Виктория ехала, увидела ее и сразу остановилась.

– Борец за справедливость?

– Да не борец, а просто родилась такой. Одному с гуся вода, а другая всё в себя принимает и переваривает, а потом себя же и ненавидит за свои промахи.

– Я все понял, – ответил Воротнин и легонько вздохнул, а перед глазами стояла эта упрямая дамочка с ее вредным характером.

– Прошу тебя, хватит уже войны. Объявите перемирие, пока не наделали новых глупостей.

– Попробую, – пообещал он, понимая, что все вроде бы закончилось, и они даже теперь не встречаются.

– И тем более, что она у всех попросила прощения, и у тебя, и у Нины твоей.