Таисия, или Кукла московская. Продолжение

 – Наша порода! Сказал, как отрезал!

– А где же жить-то будете? – со слезами на глазах пытала его Галина Ивановна.

– Жить будем здесь, так Тая решила, – пояснил ей Федор. – Причем вас пожалела. Сказала, что, если я уеду, то вам тут скучно будет без меня. Про теть Аню не забыла. Да и детям здесь лучше и вольнее. А у нее там все равно никого нет.

– Она ж городская, как она тут приживется? – не унималась женщина. – Поживет год – другой и в город сбежит. А ты останешься тут один с детьми.

– Цыц! – зашумел на нее супруг.

– Ее Соколов на работу уже взял – экономистом в контору, – поведал Федор. – Сказал, что как только поправится, пусть выходит на новое рабочее место.

– А это вообще другое дело! – обрадовался отец. – Раз собралась к нам на работу устраиваться, то дело чистое!

– Одно прошу – не обижайте ее. Она молоденькая, что-то еще не умеет, чего-то не так поймет, не так сделает. Но чтоб никаких упреков и никаких намеков.

– Понимаем, – вздыхая, отозвался Степан Иванович, – как же тут не понять.

– Тогда пойду я, – сказал он, – а то там девчата с Москвы приехали. Они уже все знают и хотят обмыть это дело.

– А свадьба-то будет? – грустно спросила Галина Ивановна.

– И свадьба, и венчание, все будет.

Он обнял мать своей крепкой рукой и прижал её к себе, а сам с пониманием заглянул в ее мокрые глаз и радостно сообщил:

– Сходим в ЗАГС, назначим день свадьбы и будем готовиться.

– Ради такого случая, все сделаем! – развел руками отец. – Можешь на нас положиться. У нас там сбережения имеются, все на свадьбу тебе отдадим.

– Да, у меня и своих денег хватит, – весело пояснил Федор. – Я ж один жил, куда мне их было тратить?

– А ты прими! – твердил своё Степан Иванович. – Мы тебе никто-нибудь, а мать с отцом! Живем и надеемся, что ты еще раз женишься.

– Ладно, – махнул он рукой, – надо будет, приду. Не надо, тогда на свадьбу положите, как подарок.

– Вот это другой разговор! – одобрил такое решение отец.

Все по очереди встали и дружно пошли к калитке.

Галина Ивановна брела молчала, глядя себе под ноги, тихонько вздыхала и погружалась в очередную порцию раздумий и опасений.

Мужчины остановились и крепко пожали друг другу руки.