Сентябрьский жасмин

– Ты береги себя и делай свои дела, – попросила она тихим голосом, – а я подожду и все сделаю, как ты скажешь.

– Тогда я сейчас отвезу тебя к дому, уже совсем стемнело. Думаю, никто ничего не заподозрит. А потом придумаю, и мы с тобой обязательно встретимся. Договорились?

– Договорились, – соглашалась она и улыбнулась. – Я буду за тебя молиться.

– Помолись, – попросил Фролов и прижал ее к себе. – Ты молись, Настенька. Только молись за нас двоих, чтобы все у нас было хорошо.

Но тут на горизонте показался мотоциклист, и надо было немедленно уезжать.

Василий с досадой взглянул на дорогу, нехотя выпустил девушку из своих объятий и сказал:

– Вот нелегкая кого-то несет.

– Давай уедем, – попросила Настя, понимая всю ситуацию с их конспирацией.

Вася сразу завел внедорожник и дал задний ход, чтобы выехать на трассу.

Набирая скорость, мужчина помчался обратно в село, чтобы уберечь и защитить любимую невесту.

С этого дня они стали конспирироваться. При встрече Настя делала вид, что ничего меж ними нет, а только здоровалась и уходила по своим делам.

Участковый внимательно за ней наблюдал и в удобном случае, когда был точно уверен, что их никто не видит, похищал свою Сластену и увозил ее кататься на машине подальше от Заречья. Но машину специально брал у друга, чтобы никто и ничего не заподозрил.

Так шли дни за днями. Голубкина летала от счастья, а Василий упорно искал браконьеров и верил, что те понесут хоть какое-то наказание. Но служба есть служба, и каждый день он решал проблемы сельчан и ловил хулиганов.

Однажды, стоя с местными бабульками, он улаживал вопрос с их соседями, которые, по их словам, не давали им житья.

Мимо прошла Настя, поздоровалась со всеми и, как было меж ними уговорено, отправилась по своим делам.

Женщины мигом оглянулись на нее, провожая медичку взглядами. А Макариха не удержалась и сказала:

– Вот до чего же девка хороша! Тихая, добрая и такая покладистая!

– А мне уколы поделала, – вставила свое слово Матвеева, – я ей денежку даю, а она категорически не берет.

– Хороша Настенька! – качала головой Макариха. – Дай Бог, ей мужа хорошего!

Фролов посмотрел вслед любимой девушке, улыбнулся краешком губ, а сам сказал:

– Молодец, любит свою работу.