Родной, любимый и чужой

Вас подвезти?

– Здрасьте, – остановилась Саша и замерла перед ним. – Но я не одна.

А сама кивнула головой, указав на друзей.

– Пятеро, – посчитал их Женя, – ничего влезете. Надеюсь, гаишников тут не бывает?

– Иногда заезжают, – поведала она.

– Ничего, проскочим, – отговорился он и мгновенно распахнул перед ней дверь.

А сам наблюдал, как она присела к нему на сиденье – уверенная, стройная и обалденно красивая.

Девчонка уселась поудобнее, поправила свою юбку, водрузила сумку на колени и сразу уставилась вперед на дорогу.

Ему вдруг захотелось познакомить ее со своим сыном, чтобы такая красота была ни чьей-нибудь, а именно его родней. Он даже на мгновение представил, как он привезет потом сюда Максима, у них закрутится бурный роман, а потом они уедут в Москву и заберут Сашу с собой, потому что здесь все равно нечего делать. Да и таким красавицам место не в этой дыре, а в столице.

– Мальчишки, вы едете или стоять будете? – спросила их Александра.

– Да, – бросились те к жигулям и уселись друг на друга на заднее сиденье.

– Как учеба? – поинтересовался Баринов и завел двигатель.

– Нормально, – пожала она плечами.

Машина медленно покатилась вперед, а девчонка не удержалась и спросила:

– А вы как устроились? Как спалось на новом месте?

– Спалось замечательно! Устроился превосходно. Даже и не мечтал о таком доме.

– Да, дом у теть Нины хороший, – согласилась она.

– Жаль только, магазина у вас нет.

– Он был, только продавщица переехала жить в Тверь. А больше никто не согласился тут работать.

– Правильно, народ обманывать тоже надо уметь, – вставил свое слово Михаил.

Все разом замолчали. А Евгений решил продолжить диалог, намереваясь узнать о молодежи чуточку больше.

– Как у вас тут тихо, хорошо, – сказал он.

– Это вам хорошо и тихо, – не согласился с ним Наметов. – А нам пока до города доберешься, полдня пройдет.

– А что вы палатку не поставите? Нет смелых, что ли? – удивлялся Женя.

– А кому это нужно? Все давно лыжи в город навострили. Тут через пару лет никого не останется. Если только бабка Нюра Горшкова. Ей точно в городе делать нечего.

Ребята засмеялись, наверное, зная про ту бабу Нюру что-то смешное.