Кузнец

 – Но мне совсем не хочется туда идти! – а сама смотрела на начальницу в надежде, что та передумает.

– Сходи, голубушка, выручи! – взмолилась Ольга Никитична. – Сама бы сходила, да видишь… – и тут же с досадой в голосе проговорила, – видать… сильно сегодня согрешила. Чуть голову себе не сломала.

– Ладно, – улыбнулась добродушной улыбкой Галина Михайловна и взяла в руки бумаги. – Детей оставляю на ваш зоркий взгляд.

– Не волнуйся! – заверила ее заведующая. – За всеми пригляжу!

Галя повернулась и легкой походкой уверенно пошла по тропинке в сторону калитки.

Федорова проводила свою сотрудницу добрым взглядом, улыбнулась ей вслед, потом сняла туфли и стала босая играться с детьми на веранде…

После дождя все еще было сыро и свежо, а на дорогах и у обочин разлились большие лужи. Природа замерла в тихом безмолвии, словно и не было этого сильного ветра, который срывал ветки и клонил до земли деревья, перепугав всех жителей Тучкова.

В небе вновь ярко светило весеннее солнце.

Местная ребятня гоняла на велосипедах по лужам, обрызгивая прохожих грязной водой и получая от этого огромное удовольствие.

В огородах хозяйки осматривали свои размытые ливнем грядки. Кто-то возмущался, кто-то тяжко вздыхал, а кто-то весело переговаривался с соседями, рассказывая, что от посевов ничего не осталось и теперь придется все заново пересаживать.

Галина свернула к мастерским и была очень рада, что никого там не встретила. Видно все были по рабочим местам, а-то мужики обязательно отвесили бы какую-нибудь шуточку в её адрес.

Ещё издали она услышала стук молота, доносившийся из кузницы. Удары были такими сильными, что звоном отдавались во всем теле. А следом ему вторил другой, более тихий, словно кто-то слабый ударял молоточком, стараясь подражать сильному кузнецу.

Переведя дыхание, Галя шагнула к двери, приоткрыла её, сразу вошла в кузницу и замерла. Спиной к ней, у самой печи, стоял кузнец и держал в руках маленький молоточек. Напротив него, расположился молоденький паренёк, а в руках у него была огромная кувалда. Вот он то родимый и ударял этой увесистой кувалдой по раскаленному железу, с трудом размахивая ей, и прилагая все свои усилия, чтобы поднять её в очередной раз.