Не единственная

– Моя ставка остается прежней! – решительно сказала Аньис и подняла парти с доски.

– Постой, Аньис, – господин Рональд вдруг улыбнулся, протянул руку и взял парти из ее ладони. Аньис замерла.

Он впервые к ней прикоснулся… Быстро, лишь на мгновение. Но ее прошибло волной тепла. Радостной, как будто сладкой. А рука у него, оказывается, такая горячая… И красивая! Мужественная, смуглая, с длинными, но не очень тонкими пальцами… Он так непринужденно, легко держал парти, а когда коснулся ее, показалось, что весь мир стянулся в это касание.

Лицо Аньис залила густая краска. О чем она думает… Это так стыдно. А он ведь заметит!

– Я сказал, что управлять волей случая невозможно. Но можно ощутить, чего хочет судьба, и совершить правильные действия в нужное время, – как ни в чем не бывало продолжил хозяин. – Это называется интуиция. Почувствовать ее просто. Ты можешь ощутить, как именно тебе хочется потереть эти палочки, и в какой именно момент их кинуть… Вот так.

Он кинул парти, выпало одиннадцать – всего на одну точку меньше максимального.

– Попробуй, Аньис, – улыбнулся он и протянул ей палочки, положил их в ее ладонь, больше не касаясь. Аньис задумчиво покатала их в руке.

– Но, господин, что, если я хочу не того, чего хочет случай? – спросила она. Краска постепенно отливала от лица, дыхание успокаивалось.

– Так бывает, – согласился господин Рональд. – Обычно так происходит, если на самом деле ты не хочешь победить. Если проигрыш чем-то важнее для тебя. Тогда ты делаешь так, как тебе хочется, но не получаешь результат.

Потому что сама себе подсказываешь неправильный момент для броска. А еще мы можем неверно понять, чего нам хочется, – на этих словах он усмехнулся. – Но ты можешь попробовать, Аньис.

Она сосредоточенно кивнула и начала тереть парти между ладоней. Прислушаться, как именно ей хочется их перебирать, когда и с какой силой бросить… Аньис попробовала ощутить это и неожиданно почувствовала внутри тягучий упругий поток, который словно управлял ее руками.

Вот так… Именно сейчас она должна бросить парти. Тягучее ощущение внутри однозначно говорило об этом. Аньис разжала ладонь и выпустила каменные палочки на свободу. Они покатились и замерли. На верхних гранях было шесть и шесть. Двенадцать, самое большое из возможных чисел. Аньис победно улыбнулась…

Во второй раз она выиграла, хоть хозяин, вероятно, перестал подыгрывать ей. Теперь брошенные и им, и ей парти выдавали числа только от девяти до двенадцати.