Дублер мужа

Рома не хочет ничего мне пока сказать, так что я сдаю назад и мягко ему улыбаюсь, а потом разворачиваюсь и иду отвечать на звонок.

Только я внутренне напрягаюсь, когда вижу неизвестный номер. С плохим предчувствием все же беру трубку и прикрываю глаза, когда слышу на том конце холодный голос Олега.

– Мы можем нормально поговорить? – бросает он без приветствия и моего ответа.

Он начинает говорить, как только я нажимаю кнопку, и звучит он иначе. Мертвый выхолощенный голос, который я едва узнаю.

– Лесь? Ты меня слышишь?

– Слышу.

Он нервно сглатывает и берет длинную паузу, собираясь с мыслями.

– Я вчера вел себя, как мудак, да? Я до сих пор херово себя контролирую.

– Тогда зачем нам встречаться?

– Будет хуже, Лесь. Я ночь не спал. Думал о тебе, о том, что ты с каким-то мужиком…

– Остановись.

– Я не умею, ты меня знаешь. Скажи куда, я приеду и мы поговорим. Хотя бы в память о прошлом. Я заслужил хоть один нормальный разговор.

Глава 10

Я плохо понимаю, что происходит в голове мужа.

Мне легче разговаривать с ним сейчас, когда он звучит потерянным и отстраненным. Потому что вчера он дышал яростью и едва сдерживал себя, чтобы не перейти на разговор грубых рук. Если бы он контролировал себя чуть лучше, он бы точно не выпустил меня из дома. Встал бы стеной в дверном проеме и не сдвинулся бы и на миллиметр. Он просто-напросто побоялся натворить дел, пока я рядом – сорваться и спросить с меня за Романа пощечиной, например.

Мне жутко думать об этом, потому что мой Олег не такой.

Я помню совершенно другого мужчину из семейной жизни. Да, он был жестким и волевым, но только в бизнесе, со мной он никогда не позволял себе даже намека на силу.

Он настолько изменился?

Что с ним происходило эти два года?

Как он жил?

Черт!

В моей голове сотня вопросов, и самый противный звучит к самой себе – разве он чужой мне? Эмоции схлынули и я вдруг оказываюсь между двух огней. Я испытываю те же нежные чувства к Роме, но моя злоба к мужу утихает.

Она не проходит, нет, но притупляется после спокойной ночи и становится шумной от тех самых вопросов. Мне ведь тоже нужно с ним поговорить. Только вот надежда на нормальный разговор призрачная.

Он до сих пор не пришел в себя, старается говорить спокойным тоном, но сам не замечает, как угрожает.

Он сказал – “Будет хуже, Лесь.”

Что хуже? Ему или мне? Что он начнет творить?

– Завтрак, – отзывается Рома из-за моей спины.