Салех

Судя по немного искажённой перспективе, тот был снят с высотного дирижабля-разведчика.

Рэнфри тем временем направился к занавешенному и закрытому ставнями окну, и отдёрнул плотную штору. Подняв раму, он распахнул скрипнувшие створки, и с наслаждением вдохнул солёный ветер, налетевший с моря. Порт находился с подветренной стороны, и его вонь почти не ощущалась. Над обрывом, куда выходили окна фасада «Кота», вились чайки, пикируя вниз за рыбой. У горизонта, в блестящем изумрудом от клонившегося к закату солнца море, виднелись белые паруса рыбачьих фелюк и небольших прогулочных яхт.

Вдалеке дымил обходивший прибрежные мели сухогруз.

– Рэнфри, – Тукк отложил фотоплан, на котором яркой красной тушью был обведён прямоугольник посередине концентрических спиралей улиц. – Командир, чем тебя так заинтересовал клиент? Я знаю тебя шесть лет, с момента нашего знакомства в Гледире, и ты всегда отличался редким для наёмника здравомыслием. Почему ты согласился сейчас?

Говард достал из внутреннего кармана пиджака портсигар, и вынул толстую чёрную сигару.

Этот сорт он берёг для особых случаев – табак горчил, но вместе с тем отменно прочищал мозги. «Кажется, это как раз подходящий момент, – срезав кончик сигары и раскуривая её, подумал он. – Горечь вполне уместна, как и трезвость мысли».

– Благодарю тебя, Дэл, что поддержал меня сегодня, – сказал он, выпуская струю серого дыма в раскрытое окно. Ветер моментально разодрал сигарный дым на мелкие клочки.

Солнце било в глаза, и он прикрыл веки, наслаждаясь теплом. – Я не ожидал от тебя такой безоговорочной поддержки. И от Тэна.

Тукк подошёл поближе к окну, встав на расстоянии вытянутой руки от своего командира. В своё время бывший палач поклялся в верности этому человеку, спасшему его жизнь. Но не только потому, что тот осмелился противостоять бандам Гледира, вышедшим на охоту за арканцем, а ещё и из-за того, что рассмотрел человека чести и долга, скрывающегося за простоватым лицом, боцманскими бакенбардами и улыбкой в тридцать два зуба.

За такими людьми можно идти куда угодно.

– Тэн – фаталист, – сделал попытку улыбнуться палач. Получилось плохо. Мышцы лица, многократно пробитого иголками татуировщика, слушались его далеко не всегда. – А я понял так, что для тебя это шанс.

Рэнфри помолчал, не открывая глаз и делая вид, что увлечён сигарой. На самом деле он напряжённо размышлял.