Противостояние. Часть 7. Последняя битва, или Крах Империи?

– Добрый день, – поздоровался он и присел в свое кресло. – Уважаемые коллеги, приношу вам свои самые искренние извинения. Мне очень жаль, что наша с вами встреча, не принесла желаемого результата. Я вынужден был сорвать нашу конференцию. Для меня был очень важен ваш приезд, ваше мнение, ваш опыт. Поверьте, мне очень жаль, но поступить по другому я не мог, и сейчас, я не могу уделить вам время и внимание. – Для Никиты это мероприятие было действительно очень важным, но сейчас он думал лишь о Насте и о том, что творилось в их жизни, ему хотелось послать на хрен и профессоров, и гранд, который ему уже не светит.

– Никита Юрьевич, Вы хотите, чтобы мы покинули Вашу клинику? – спросил один из профессоров.

– Нет. Ни в коем случае, вы можете оставаться, сколько пожелаете, я говорю лишь о недостатке своего свободного времени. Увы, так сложились обстоятельства, – ответил Никита.

– Тогда, с Вашего позволения, мы еще немного погостим и понаблюдаем за ходом работы Вашей клиники.

– Да, конечно.

– Вы расскажите нам о проведенной операции?

– Откровенно говоря, я провел эту операцию скорее от отчаяния.

– Но Вы провели ее грамотно, я бы даже сказал, блестяще.

– Не преувеличивайте, я совсем не уверен в положительном исходе операции.

– То, что Ваш пациент все еще жив, говорит о том, что такие операции возможны на практике и это открывает нам массу возможностей.

– Почему Вы были в отчаянии? Вы знакомы с пациентом?

– Да. Пациентка очень близкий и дорогой мне человек.

– И все таки, Никита Юрьевич, не только отчаяние толкнуло Вас на эту операцию, Вы были к этому готовы иначе, Вы бы побоялись добить пациента.

– В тот момент, я понимал, что она обречена. Я делал все, что только мог сделать. Тогда я думал лишь о том, как спасти ее, использовал любые возможности. Настя все еще жива, еще и потому, что у нее очень сильный организм и непомерная воля к жизни.

– Мы еще вернемся к этому разговору, – сказал один из профессоров, понимая, что Никите сейчас не до них и он не может в полной мере погрузиться в анализ произведенной им операции.

– Да, конечно. Извините.

– Работайте, Никита Юрьевич, а мы понаблюдаем.

– Спасибо.

Через пару часов Никита снова пошел навестить Федора.

– Уйди! – снова услышал он, открыв дверь палаты.

Никита остался стоять у двери, оставив ее открытой.

– Дядюшка Федор!

В палату вошла Камилла. Федор попытался присесть, ему было очень сложно это сделать. Никита молча подошел и помог ему.