Блюз. Музыка времени

Они уже подошли к машине, когда их окликнул невысокий лысоватый мужчина неопределенного возраста.

– Простите.

Игорь оглянулся и нахмурился. Человек, приближающийся к ним, был ему незнаком.

– Госпожа Градова, примите мои соболезнования. Мне так жаль ваших родителей, – начал он, но тут же замолчал, потому что выразить свою скорбь словами не мог.

– Игорь Греков, муж Русланы, – мужчина протянул руку. Незнакомец пожал ее и представился:

– Карл Моисеевич, юрист семьи Градовых. Руслан Александрович оставил завещание.

– Я понял вас, – Игорь бросил взгляд на супругу, а потом промолвил. – Сейчас Руслана не в состояние адекватно воспринимать информацию. Давайте вернемся к этому вопросу через несколько дней?

– Да, да, конечно, – мужчина достал из кармана визитку. – Позвоните мне, как только ваша супруга сможет поговорить со мной.

Попрощавшись, пара села в автомобиль и направилась домой. Бросая на жену встревоженные взгляды, Игорь внезапно подумал о том, что по большому счету ему безумно повезло.

Руслана единственная из семьи, кто остался в живых, а значит теперь она наследница огромного состояния. Мужчина улыбнулся. Планы до оглашения завещания он строить не торопился, но понимал, если его жена станет наследницей громадного состояния, в его руках окажется большая власть, а значит, этот брак окажется для него действительно настоящим выигрышем в этой жизни.

* * *

Мария сидела в кресле, уткнувшись лицом в ладони. С одной стороны, ее обнимал Руслан, с другой мама.

– Доченька, мы все сделали правильно, – тихо произнесла Катя, гладя дочку по плечу. – Так надо…

– Это невыносимо больно. Невыносимо знать, что мы теперь здесь, а она там. Одна. Ты представляешь, что испытывает сейчас наша девочка. Она нас хоронит. Понимаешь мама, хоронит! – Мария посмотрела на женщину. – Не могу поверить, что больше никогда не смогу ее обнять.

– Поверь, так будет лучше, – Катя едва сдерживала слезы, пытаясь успокоить дочь.

Уход из жизни Русланы стало серьёзным испытанием для всей семьи.

– Лучше? Кому лучше? – Мария сама не заметила, как перешла на крик. – Мне? Тебе? Руслане? Кому лучше?

– Милая, принимая в семью ребенка человека, мы знали, что так и будет, – вздохнул Руслан. – Сейчас всем тяжело, но твоя мама права.

Мария вскочила и, положив ладонь к себе на лоб, пробормотала:

– Это несправедливо. Мы сейчас здесь, а наша девочка там. Я так ее люблю.