Ослепленный желанием

Меня буквально выворачивало наизнанку, скручивая все внутри в узел и, казалось, этому не будет конца.

Когда все прекратилось, я обессиленно поднялась с пола и усевшись на край ванной, включила воду в умывальнике. «Неужели отравилась? Да вряд ли. Все продукты были наисвежайшими. А может на меня так подействовало шампанское? Наверно. Ведь я давно не пила, а до этого принимала серьезные препараты. Ох, не зря Игнат был против того, чтобы я даже прикасалась к алкоголю», – размышляла я умываясь.

Тщательно прополоскав рот, покинула ванную комнату, и усевшись перед зеркалом на пуф, стало быстро поправлять макияж.

Мне не хотелось тревожить Игната, поэтому говорить о случившемся ему не собиралась. Во-первых, решила его не волновать, а во-вторых, прекрасно знала, что он рассердится.

Поэтому быстро привела себя в порядок и выскользнула из комнаты, искренне надеясь, что муж еще не вернулся к гостям. Я уже начала спускаться, когда услышала его недовольный рассерженный голос:

– Не надо указывать, что и когда мне делать.

Твое дело присматривать за Настей, а ты…

Понимая, что речь идет обо мне, не смогла сдержать любопытства и тихо, почти на цыпочках, вернулась обратно. Голоса слышались из кабинета Игната. Прислонилась к стене, буквально вжавшись в нее. Дверь была приоткрыта, и я частично видела мужа, который сидел в кресле и на кого-то пристально глядел.

– Ты поняла меня? – строго спросил он.

– Я все делаю, только для твоего блага, – раздался голос Марины. – Неужели, ты не понимаешь, что твоя жена…

– Не смей ничего говорить о Насте! – Игнат ударил кулаком по столу.

Массивная мебель из черного дерева достойно выдержала удар, даже не скрипнув. – Ты осталась жить на территории поселка, только потому, что обещала заботиться о ней, и помочь ей стать достойным членом нашего общества.

– Я не виновата, что она не такая, как мы. Уже более двух лет с ней нянчусь: уговариваю, объясняю, пытаюсь вбить ей в голову простые истины. Но твоя жена ничего не хочет слушать.

Может, уже стоит ей все рассказать? – выпалила Марина. – И это бы сразу решило все проблемы.

– Нет. Она еще не готова, – Игнат покачал головой. – Нельзя ей ничего говорить.

– Анастасия никогда не будет готова. Уж поверь. Просто чем быстрее она узнает обо всем, тем будет лучше. Ты пойми, скрывать дольше невозможно. Ты же и сам это знаешь.

– Я не могу ее волновать. Тем более теперь, – Игнат как-то тяжело вздохнул.

– Ты сам себя загнал в тупик.