Камни раздора

Но в таком случае все меняется! Вы рисуете картину не несчастного случая, а тщательно подготовленного… даже не знаю чего, – сказал майор Старцев. – Назвать это преступлением нельзя – ведь никому, кроме самой Юлии Егоровой, не причинили никаких повреждений. Можно назвать это скорее розыгрышем, инсценировкой гибели хозяйки усадьбы. Но кому могла понадобиться такая инсценировка? Особенно с учетом того, что женщина пусть и не расшиблась насмерть, но покалечилась?

– Это уже другой вопрос, – сказал Гуров. – И искать ответ на него должны мы с капитаном Соловьевым, а не вы.

А перед вами я хочу еще раз поставить такой вопрос: можно ли упасть с обрыва с высоты 56 метров на какое-то защитное покрытие и после этого остаться в живых?

– Можно, конечно, провести следственный эксперимент, – сказал Старцев. – Даже не обязательно с живым человеком – можно и с манекеном, вроде тех, которые используют при проверке лобового столкновения автомобилей. В Тольятти на автозаводе есть такие манекены, мы пару раз их заимствовали у автопроизводителей.

– А пока мы не провели такой эксперимент, вы не можете дать никакого ответа? – настаивал сыщик.

– Почему же, могу, – отвечал Старцев. – Я уверен, что если защитное покрытие будет достаточно упругим и прочным, то упавший человек не только останется жив, но и не получит значительных повреждений.

– И такое покрытие, по-вашему, можно замаскировать, разрисовав его под рисунок камней?

– Можно сделать еще проще – закидать этот мат песком, – отвечал майор Старцев.

 – Вреда человеку этот песок не причинит, а маскировка хорошая.

– Но откуда в таком случае взялась кровь? – недоумевал Суходольский. – Может быть, этот мат был совсем тонкий и женщина все же получила повреждения?

– А вы установили, что это была именно кровь, а не другая жидкость? – спросил Гуров.

– Да, мы можем уверенно сказать, что это была человеческая кровь, – отвечал криминалист. – Причем ее было довольно много, не меньше ста миллилитров. Пока что мы не можем точно сказать, была ли это кровь Юлии Егоровой.

Для этого мы должны знать ее группу крови и другие данные. Когда мы вернемся в дом, я хочу поговорить с мужем и получить на руки медкарту погибшей. Хотя… правильно ли теперь называть ее погибшей? Если она упала на какую-то защитную поверхность, и поскольку мы до сих пор не нашли тела…

– Да, правильнее будет считать Юлию Егорову пропавшей, – сказал сыщик. – Но ее близким эту информацию сообщать пока рано.