Степной принц. Книга 1. Горечь победы

Последняя тема была нова для Баюра и поразила его двуличием правоверных, неукоснительно совершающих намаз, отпускающий им грехи, и без зазрения совести окунающихся после него в гнуснейший разврат и пьянство, запрещённые Магометом.

– Где же они берут таких мальчиков? – задохнулся он от возмущения. По его понятиям, добровольно обречь себя на такую мерзость никто бы не согласился, даже несмышлёные дети, а уж тем более их родители, которые, не страшась смерти, пошли бы войной на обидчика, чтобы спасти несчастного ребёнка или погибнуть, но избегнуть несмываемого позора.

Однако ответ Чокана поверг его в настоящий шок.

– Не редки случаи, когда родители сами продают красивого сыночка ради обогащения. Положение бачи не просто хлебное – роскошное. Его наряжают в дорогие одежды, осыпают подарками, всячески ублажают и умасливают. Мальчику льстит, что его принимают за бога, потакают его прихотям. Его родичи заискивают перед ним, ибо получают немалые доходы за пользование ребёнком и живут за его счёт.

– Баб им в гареме мало! – бушевал волхв, сражённый наповал. Тяжёлый кулак с размаху ударял по колену, ища выхода возмущению, но болезненные сотрясения не могли усмирить гнев. – Содом и Гоморра! Куда только смотрит Аллах!

Чокан посмеивался над невежеством волхва, ничего не смыслящем в тонкостях и разнообразиях восточных наслаждений. И хотя был абсолютно солидарен с другом в оценке извращений и его даже подташнивало от мерзких подробностей, он продолжал добивать Баюра.

Уж больно забавно было видеть праведное кипение невозмутимого доселе батыра, который даже забывал подобрать поминутно падавшую челюсть и напрочь игнорировал маскировку «киргизских» глаз, вылупляя их до размеров интригующей окружности.

Джексенбе, хорошо осведомлённый о сей пикантной изнанке жизни зажравшихся правоверных, считал её позором, а не поводом для развлечения и, слушая, только плевал по сторонам на злых джиннов, попустительствующих греху и подстрекающих к оному.

– Но ведь дети вырастут! – протестовал Баюр.

 – Не вечно же они будут наряженными куклами! Уж это-то понимают все! И что тогда? В гарем?

Чокан обидно расхохотался:

– Твоя неискушённость в пороках – диво даже для европейского ума, про восточное представление я уж молчу. Кто же допустит такого опытного искусителя, специалиста высшего разряда по разврату к скучающим жёнам, в очередь ожидающим мужской ласки?!

– Выгоняют к чёртовой матери? – гадал волхв.