О бедной ведьме замолвите слово

В голову закралась догадка о втором богатыре, посланном специально, чтобы уберечь Елисея, к тому же с сильными магическими способностями. Вот в этом как раз странности не было. Царь-батюшка не мог отпустить единственного сына одного и без помощи. Теперь ясно, почему огненный не настаивал на походе к дракону, но и не был против. Как только охота на реликтового монстра пошла бы не по плану, он бы оградился защитой, сгрёб царевича и утащил подальше, пока ящер закусывал бы мной и Юлием.

Осознав размер подлости в указанной для нас роли, с возмущением взглянула на колдуна.

Наверное, мой взгляд был более чем красноречив, поскольку на лицо огненного наползло недоумение. Не собираясь ничего объяснять и вообще разговаривать с ним, демонстративно отвернулась.

– Что вам нужно, тати?! – завыл разбойник тоненьким голоском.

– Что?! – возмутился до глубины богатырской души Елисей.

– Всех уже забрали, – не впечатлился царским негодованием разбойник.

– Вот с этого мета поподробнее. Кого забрали? Куда забрали? Кто забрал? – спокойно поинтересовался Огнеслав.

Как ни странно, спокойный тон подействовал лучше, чем пыхтящий от негодования богатырь, и разбойник запел словно соловей.

То, что в царстве происходит что-то странное, разбойники поняли уже давно. И как тут не понять, когда намеченный караван оказывается разграбленным до тебя? Шайка ждала, вела до удобного места, а добыча доставалась другим. Но больше всего поражало, что вместе с ценностями пропадали и люди, словно и не было их. Любое нападение сопровождается убитыми, раненными, ну хотя бы пятнами крови.

А тут ничего! Словно сами люди скарб на спину взвалили и ушли, побросав телеги и лошадей. Собственно дружина именно так и думала.

Правда, пока неизвестные тати разбойников не трогали, зато принялись нападать на деревни. И снова странности: забирали только девок да парней молодых, редко мужиков сильных да крепких, остальных даже не убивали. Вот это уже было плохо, пришлось бросать удобную делянку и идти вглубь царства, подбираясь всё ближе к столице.

Мало приятного, когда очухавшиеся селяне, вооружившись вилами, табуном прочёсывают лес в поисках своих детей.

Тати тоже обнаглели и подбирались к самому сердцу государства. К тому же появилось зло, невиданное ранее в этих краях, – упыри.

Ночная нежить плодилась с невиданной досели скоростью. Появлялась и исчезала тоже слишком близко. К тому же отходить от костра в одиночку стало опасно. Даже среди разбойников начались исчезновения.