О бедной ведьме замолвите слово

Следопыту полагалось останавливаться, обращая внимания на свежесломанные веточки, искать следы под свежеопавшей листвой, а уж потом с многозначительным хмыканьем идти дальше. А тут такое впечатление, словно его ведёт что-то другое, а не оставленные убегающими ориентиры.

Елисей тут же спешился и, кинув поводья Шторма Юлию, присоединился к нему. Я замялась: ползать по земле не хотелось, как и стоять и ждать неизвестно чего. В результате просто прижалась к дереву, спрятавшись ото всех.

Кусты пару раз пошуршали, а затем выплюнули двух богатырей с мечами наголо.

– Ы-ы-ы! – оценила размах трагедии.

Почему они не могут просто посидеть и дождаться, пока кто-нибудь отойдёт подальше от стоянки в надежде уединиться в кустах, и взять языка? Нет, им же обязательно нужно показательно напасть. Надеюсь, они здраво оценили свои силы? В этом-то и крылась самая большая проблема – самоуверенные мужчины часто не видят опасность или не могут её как таковую определить.

– А-а-а-А-А-А! – громко встретили внизу богатырей.

Пришлось отлипать от дерева и ползти к кустам, чтобы убедиться, что одни в лесу мы не останемся. Недоползла буквально пару метров, как на меня выскочил детина с выпученными глазами. Остановиться он не успел и, споткнувшись через меня, кубарем полетел дальше, где встретился со Штормом. Богатырский конь сегодня тоже был не в настроении и встретил разбойника копытом в лоб, после чего продолжил флегматично жевать листву дерева.

– Ух! Как ты его! – восхитился Юлий.

Смотрел слуга при этом на меня, не сомневаясь, что всё было подстроено.

– Это всё Шторм, – постаралась откреститься от заслуг.

Коня я стала опасаться ещё сильнее, так что к разбойнику пришлось подбираться окружным путём. Скотина при этом косилась на меня бархатным глазом, полным ехидства. Во всяком случае, именно так мне и казалось.

Я ожидала увидеть пробитую голову с вытекающем содержимым, но разбойник оказался цел, если не считать наливающуюся шишку на лбу, и даже дышал. Чуть приподняв сарафан, попинала его в бок носком сапога и ничего не добилась.

«У-у-у, вредная скотина!» – обругала коня мысленно. Вслух было опасно: была вероятность прилечь рядом с бесчувственным разбойником.

Шторм покосился на меня, я от греха подальше отошла. Мали ли что придёт ему в голову? Временами мне казалось, что конь умнее своего хозяина. Хотя глупость, наверное.