О бедной ведьме замолвите слово

Желая увести царевича как можно дальше от опасности, навела его на более ужасную. Подвиг выйдет славный. Жаль воспевать его будут уже посмертно.

– А может лучше к дракону? – предложила жалобно.

– Нет. Сначала чёрный колдун, – отрезал Елисей.

Царевич, не сомневаясь в своём выборе, гордо осмотрелся. А ситуация-то становится всё хуже и хуже.

***

На рассвете мы уже выходили из деревни. Я уверенно взяла курс на своё село. В моём доме должны были остаться и вещи, и деньги, и домового стоит навестить.

Он, конечно, чувствует, что хозяйка жива, но показаться на глаза всё равно нужно. К тому же меня очень волновало, что случилось в деревне. И, вообще, жив ли там кто-нибудь?

Елисей, восседая на Шторме, умудрялся клевать носом и при этом всё равно выглядел внушительно. Дрожь, охватившая меня после встречи с упырём, унялась, я частично успокоилась и захотела есть и спать. К сожалению, никто кроме меня подобных проблем не испытывал. Юлий что-то на ходу записывал на листах бумаги и жмурился от удовольствия.

Огнеслав после того, как узнал, что кто-то проводит ритуал по обращению в нежить, что-то обдумывал и молчал.

Я бы с большим удовольствием остановилась на стоянку, поела и отдохнула, но мужчины с завидным упорством шли вперёд. Единственное, что меня хоть как-то примеряло с ситуацией, так это приближение дома.

Шторм неожиданно встал как вкопанный, Юлий остановиться не успел и врезался в круп коня. Уронив от неожиданности листы, тихо выругался.

Поносить богатырского коня громко нельзя: хозяин может услышать, но я всё равно рассмеялась.

Юлий глянул на меня исподлобья и полез собирать свои записи. Решив помочь, сгребла часть в кучу и, отряхнув, собиралась вернуть, но бросив на них один взгляд, тут же возмущённо зашипела…

«Ведьма стояла на крыше дома, широко раскинув руки, за её спиной грохотала молния. Упыри боязливо приближались, а богатырь Елисей застыл в сужающемся круге. Ведьма сжала руки, и её окутал чёрный ореол…»

– Это что?! – взвыла.

– Это летопись.

Юлий вырвал листы и, любовно расправив, аккуратно сложил.

– Я не поняла, а эта ведьма с крыши кто? – не успокоилась, то есть у меня, конечно, были подозрения.

– Словно ведьм в округе много. О тебе пишу, чтобы оставить в памяти потомков след.

Я не поняла, чей именно след он собирается оставить. Вот только представил он меня как порождение Морены, или воплощение Мазаты.