Факультет спасительниц для падших

Немного уверенности вселяло то, что он никогда не спорил с тещей, а бабуля в вопросе обучения на факультете спасительниц для падших была на моей стороне.

– Ой, что-то у меня аппетита нет, – скороговоркой выпалила я, вскочив со стула, на который уже успела плюхнуться, и даже отступив на шаг назад от стола. В животе предательски заурчало от вкусных запахов: кухарка постаралась на славу, зная, что не увидит свою сладкую девочку целых два года. – Кажется, мне пора, не люблю долгих прощаний. Пишите, не забывайте! Папа, я готова!

– Ты никуда не идешь! – истерично завопила матушка, срываясь на фальцет.

Я нервно сглотнула.

Ух! Давно я не видела ее такой злой. Наверное, с того памятного дня, когда я в первый раз заявила о своем намерении поступить на факультет избранных. Вот только с тех пор прошло уже целых десять лет: разве не достаточный срок, чтобы смириться с желанием своего единственного ребенка?

– Но, мам, мы это обсуждали тысячу раз, – я включила уже ставшую привычной за годы пластинку и даже мину подобрала подходящую.

Сейчас мне не хватало только возможности приказать сердцу прекратить попытки проломиться через ребра на свободу. И телепортироваться самостоятельно. – Ты же не хочешь сломать мне жизнь? Я обещаю, что справлюсь.

– Рута Дамарс! Немедленно ступай в свою комнату! – мать была непреклонна и осталась при своем мнении. В некоторой степени я ее даже понимала, но сдаваться не собиралась, потому подключила тяжелую артиллерию, бросив умоляющий взгляд на бабулю. Неприятно кольнуло воспоминание о том, что вчера я также смотрела на декана, когда мне чуть не отказали во второй инициации.

Мой авторитет в глазах окружающих явно хромал.

– Гейзи, не начинай, – вступилась бабушка, вызывая огонь на себя. – Ты не имеешь права вмешиваться.

– Это я-то не имею? Я? Я между прочим – ее мать! – накал страстей в столовой достиг своего апогея. Даже хрустальная люстра высоко под потолком отозвалась жалобным звоном в ответ на мамины вопли.

– А я – твоя! – жестко отрезала глава рода и обернулась к зятю.

 – Роберт, милый, перенеси свою дочь в академию. Я тоже не люблю долгих прощаний.

Отец, отпустивший один край газеты, щелкнул пальцами, – конечно же, это выльется в новый скандал с мамой, но я верила в то, что бабушка быстро найдет на нее управу.

Секунда, и я оказалась в светлом холле академии, который неожиданно оказался пустым.

Вот и все. Я надеюсь, что матушке хватит двух лет, чтобы остыть и простить меня.

2.2.